• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Литература (список заголовков)
18:12 

Пофлешмобим...

Оригинал взят у rainhard_15 в Пофлешмобим...

По следам вот этого http://rainhard-15.livejournal.com/241918.html. А букву "К" я препарировал вот тут http://rainhard-15.livejournal.com/239407.html, ещё раньше. Ну так вот, от сестры мне досталась буква "Б". Поехали...

Андрей Буровский "Евреи, которых не было". Книга, после которой Вы мало того, что полностью поймёте, что такое еврейский вопрос и откуда он вообще взялся, но и перестанете по нему заморачиваться, если были какие-то сложности. Книга, которую ненавидят антисемиты и их противники - потому что она правдива, адекватна и содержит массу интересного материала о всяком обществе. А заодно - разбирает и вопрос событий около 1917 года и после. Без истерик, повторяю - на редкость приятное чтиво.

Рэй Брэдбери. Исключительно рассказы и роман "Тени грядущего зла". В сущности, это нельзя назвать ни фантастикой, ни фентези, ни готическим романом. Это лирика, вобравшая в себя всё. И очень христианские вещи - ну, для бешеных кликуш и невежд из интеллигенции я стал врагом сразу, но мне не привыкать.

Бальмонт, Батюшков, Белый, Блок, да? Нет, я не любитель, но уважаю, а пишу, чтоб Вы не забыли про их существование. А то всякое бывает - наши обожатели совка и 2 авторов не назовут. Даже Багрицкого... и Байрона. Вместо них всех - Булгаков.

Сёстры Бронте, все. Особенно "Грозовой перевал" люблю - там такие узнаваемые алкаши и подонки... как из России и не уезжал. А Бальзака игнорирую, всего.

Мария Буркова, конечно. Нужно ж кому-то быть в России автором триптиха, продолжающего сагу ЛоГГ, верно? Но вообще-то у дамы всегда была обалденная космоопера. Книжки можете взять вот тут: https://ridero.ru/books/verkhnyaya_pugovica/
DSCN6529.JPG
https://ridero.ru/books/legenda_o_geroyakh_galaktiki_spasti_imperatora/
DSCN6520.JPG
https://ridero.ru/books/neskazka_o_zvyozdnom_malchike/
Это продолжение вот этого фильма:


Букварь пишем, нет? Вообще-то, первая книжка и бла-бла... Я научен был в 5 лет уже читать самостоятельно, так что рисовал себе на уроке, что хотел. Так что лучше уж фотоальбомы с названием "Байкал".

Байки и Балы берём? А то их много... А ещё Были и Баллады есть...

Бандиты и Банки... Книг много, тема для отдельного эссе.

Бани и Барби... Ну и что Вы ржёте? В моё время все так на ней помешались, что какая-то олигофренка у Горбачёва просила, на всю страну... Под завывания сериала "Бедные тоже хохочут", да.

А ещё есть Барон, который жарит Барбекю... Ну да, я собственной персоной - вне книжек, канешна.

Барышни, Батальоны  и Бриллианты. Башни и Беглецы. Куча Беды и Без. Бездна, короче - буква слишком масштабная...
Белая такая... Без Берегов.

Ладно, подскажу. Фред Саберхаген, "Берсеркеры". Хрен оторвётесь. Бессмертно, Беспощадно, Бешено.

Библия, а как Вы хотели? "Деяния апостолов" - жутко ржачный детектив. И прочее Богословие, да.

Билеты и Бизнес?

Да хрен, "Билл, герой Галактики". Умора.

Биология, Биографии... Битвы.

Короче, Василь Васильч Головачёв. "Бич времён". Очень серьёзная вещица, не для средних умов.

Александр Лаптев "Благая весть". Там Стругацкие пошли курить в коридор.

Блаженны Бледнолицые. Ага. Блондины тоже. Как и Бойцы. Так что не Болейте на Болотах, Братья. Будда сказал.






@темы: белое, дети, книги, красота, культура, литература, писатели, проза, традиции, фантастика, христианство

18:21 

Царь и поэт.

Оригинал взят у rainhard_15 в Царь и поэт.

Не нашёл статью в ЖЖ. Выставляю, ибо некому оказалось.

Из пушкина сделали врага самодержавия, а у него были прекрасные отношения с государем.

"Государство без полномочного монарха - то же, что оркестр без капельмейстера", - говорил Пушкин.

Николай I и Пушкин... Царь и поэт... На эту тему написано немало. Правды, полуправды, лжи. После 1917 года последняя преобладала. При советской власти было модно изображать выдающихся деятелей культуры минувшего времени идеологически "правильными". 6 июня... блоггерами не отмечено нынче...

Великие писатели и поэты, ученые и художники, музыканты и актеры превращались на страницах учебников, как правило, если не в революционеров, то уж во всяком случае в людей, относившихся к существовавшему при их жизни самодержавному строю со скрытой враждебностью. Всячески выпячивалось участие молодого Достоевского в кружке петрашевцев и ничего не говорилось о том, что в зрелые годы Федор Михайлович стал убежденным монархистом. Замалчивались консервативные взгляды Крылова, Гоголя и Тютчева. В опере Глинки "Жизнь за Царя" изменили не только название, но и часть либретто, а когда-то знаменитое "Славься, славься наш русский царь" отредактировали на "Славься, славься, Русь моя". Ну, а на сведения о членстве великого ученого Дмитрия Менделеева и не менее великого художника Виктора Васнецова в "черносотенном" "Союзе русского народа" просто накладывалось табу.

Тщательно "чистились" и некоторые страницы биографии Пушкина. В том числе - те из них, которые касались взаимоотношений русского гения с Николаем I. При этом не брезговали даже фальсификацией. Так, фразу императора, сказанную по поводу смерти поэта: "Пушкин умер и, слава Богу, он умер христианином", советские пушкинисты "сократили". Получилось: "Пушкин умер и слава Богу", что совершенно меняло смысл сказанного. Образ поэта-вольнодумца, только по случайности не ставшего декабристом, навязывался нам со школьной скамьи. Последствия ощущаются до сих пор. В итоге подлинного Пушкина мало кто знает. Не так давно довольно известный журналист, цитируя пушкинскую оду "Вольность":

Самовластительный злодей!
Тебя, твой трон я ненавижу,
Твою погибель, смерть детей
С жестокой радостию вижу.

пытался оправдать этими словами зверское убийство Николая II и его семьи. Дескать, расправившись с детьми царя, большевики осуществили вековые чаяния русской интеллигенции, выраженные еще великим Пушкиным. А другой, еще более известный журналист (ныне - народный депутат), опираясь на ту же цитату, сочинил целую историю. Дескать, Николай I, произведя поэта в камер-юнкеры, хотел подцепить его на "рабский крючок", что сначала и удалось: Пушкин восславил монарха. Но потом "опомнился" и написал, что с радостью видит смерть царских детей. И невдомек уважаемым мастерам пера, что ко времени написания оды "Вольность" будущий император Николай I ни главой государства, ни даже наследником престола не был. И детей еще не имел, как, кстати, и царствовавший тогда его брат Александр I. Приведенные же строки касаются вовсе не династии Романовых, а Наполеона, которого в России считали выскочкой, похитителем законной власти французских королей. Конечно, весьма сомнительно, чтобы поэт действительно с радостью желал смерти детей, чьих бы то ни было. Он всего лишь с излишней горячностью выразил свое отношение к врагу. Но трактовка пушкинского наследия нашими современниками весьма показательна.

Так как же на самом деле строились отношения поэта и царя?

В НАДЕЖДЕ СЛАВЫ И ДОБРА

Их знакомство состоялось 8 сентября 1826 года в Москве. Пушкина вызвали из Михайловского, родового имения матери, где поэт отбывал ссылку по указу предыдущего монарха, Александра I. Беседа с глазу на глаз продолжалась долго. Не обошлось и без острых вопросов. "Принял бы ты участие в событиях 14 декабря, если б был в Петербурге"? - прямо спросил царь. Ответ был откровенным: "Непременно, государь. Все друзья мои были в заговоре, и я не мог бы не участвовать в нем. Одно лишь отсутствие спасло меня, за что я благодарю Бога!".

Советские пушкинисты неизменно акцентировали внимание на первой части ответа, оставляя в стороне последующие слова. Между тем, суть именно в них. Легко увлекающийся поэт вполне мог последовать за друзьями и принять участие в мятеже. Но революционером он не был, что прекрасно понял монарх. Разговор завершился благополучно. Пушкин дал слово не участвовать ни в какой антиправительственной деятельности, а царь освободил его не только из ссылки, но и от надзора цензуры, пообещав, что цензурные вопросы будет решать сам. "Я только что разговаривал с самым умным человеком России", - сообщил император сразу после беседы одному из царедворцев. В свою очередь, Александр Сергеевич с восторгом писал в письме, что был принят монархом "самым любезным образом". Поэтическим итогом 8 сентября стало стихотворение "Стансы" ("В надежде славы и добра...";), в котором Пушкин сравнил Николая I с Петром Великим.

Между поэтом и царем установилась взаимная симпатия. Император покровительствовал стихотворцу, неоднократно оказывая ему материальную поддержку, дабы поэт, занимаясь литературой, мог не заботиться о хлебе насущном. Когда же Пушкин надумал жениться, а мать невесты, памятуя о давних конфликтах жениха с властями, опасалась отдавать дочь "за человека, который имеет несчастье быть под гневом государя", царь поручил передать ей, что Александр Сергеевич находится не под гневом, а под его отеческим попечением.

Оставался верным данному слову и поэт. Его отношение к императору подтверждает и многолетняя переписка. "Вы говорите мне об успехе "Бориса Годунова", - писал Пушкин Елизавете Хитрово. - По правде, я не могу этому верить. Успех совершенно не входил в мои расчеты, когда я писал его. Это было в 1825 году - и потребовалась смерть Александра, и неожиданное благоволение ко мне нынешнего Императора, его широкий и свободный взгляд на вещи, чтобы моя трагедия могла выйти в свет".

"С чувством глубочайшей благодарности удостоился я получить благосклонный отзыв Государя Императора о моей исторической драме, - сообщал Пушкин в письме к Александру Бенкендорфу. - Писанный в минувшее царствование "Борис Годунов" обязан своим появлением не только частному покровительству, которым удостоил меня Государь, но и свободе, смело дарованной Монархом писателям в такое время и в таких обстоятельствах, когда всякое другое правительство старалось бы стеснить и сковать книгопечатание". А узнав о назначении Николая Гнедича членом Главного правления училищ, поэт писал своему другу Петру Плетневу, что это назначение "делает честь Государю, которого я искренне люблю и за которого всегда радуюсь, когда поступает он прямо по-царски".

Немало внимания императору уделил Пушкин и в поэтическом творчестве. Так называемый "николаевский цикл" включает девять стихотворений, посвященных августейшему современнику. Как же получилось, что поэт, неприязненно относившийся к либеральному Александру І, нашел общий язык с его гораздо более строгим преемником? Ларчик открывается просто. Император Николай І вовсе не являлся ограниченным и жестоким деспотом, каким изображали его советские историки. Стремясь сохранить незыблемым самодержавный строй, он в то же время покровительствовал многим русским писателям, поэтам и деятелям искусства. Да и сами литераторы, художники, артисты смотрели на самодержавие совсем не так, как их послереволюционные биографы. "Государство без полномочного монарха - то же, что оркестр без капельмейстера", - говорил Пушкин. За исключением специалистов-литературоведов мало кто знает, что в ответ на известную книгу Александра Радищева "Путешествие из Петербурга в Москву", Пушкин написал "Путешествие из Москвы в Петербург", где разоблачил "очень посредственное произведение" революционного мыслителя как тенденциозное, полное преувеличений и пошлостей.

Анализируя отношение поэта к двум императорам, нельзя не учитывать и еще одно обстоятельство. Александр І взошел на престол в результате дворцового переворота, в ходе которого был убит его отец Павел І. Правда, сам Александр участия в перевороте не принимал. Он лишь оказался вынужденным некоторое время выполнять требования заговорщиков. Тем не менее, пятно отцеубийства осталось на монархе до конца жизни. А вот его младший брат Николай престол наследовал в строгом соответствии с законом. Для многих (вероятно, и для самого Пушкина) это имело большое значение.

Кроме того, в последние годы своего царствования Александр І скомпрометировал себя в глазах русского общественного мнения невмешательством в конфликт, разгоревшийся тогда на Балканах. Царь ограничился словесными декларациями, когда войска турецкого султана устроили резню православных греков, отстаивавших право своей страны на независимость. Николай І повел себя иначе, дипломатическими, а затем и военными мерами принудив турок к отступлению. Так же энергично действовал новый царь во внутренней политике.

И все же отношения царя и поэта были не безоблачными.

ЖАЛУЕТ ЦАРЬ, ДА НЕ ЖАЛУЕТ ПСАРЬ

Покровительствуя Пушкину, Николай І, в силу чрезмерной загруженности государственными делами, далеко не всегда мог лично уделять ему внимание. Посредником в их отношениях был назначен начальник Ш-го отделения Царской канцелярии Александр Бенкендорф. Последний же, на словах исполняя волю монарха, на деле старался всячески притеснить Пушкина. И если император объявил, что сам будет цензором поэта, то Бенкендорф (на основании этого) требовал от него все, даже самые мелкие сочинения предоставлять ему на просмотр, и без его ведома не сметь не только издавать их, но и просто читать друзьям.

Кто-то усматривает в сложившейся ситуации коварство царя. Мол, заявив о себе как о покровителе Пушкина, в действительности самодержец вел нечестную игру. Такое предположение не имеет под собой оснований. Не таким человеком был Николай І, чтобы затевать сомнительные игры, да и не было в этом необходимости. Некоторые пушкинисты полагают, что причина всему - в чрезмерном усердии жандарма-служаки. Такое вполне возможно. Но не менее возможно и другое.

Об этом долго не принято было говорить, однако исследователям хорошо известно: разгромив восстание декабристов и придав суду его непосредственных участников, власть не ликвидировала заговор. Под суд попали лишь те, кто оказался на виду. Подлинные же руководители "дворянских революционеров" наказания избежали. В частности, не был осужден ни один из высших сановников, которые, в случае успеха восставших, должны были войти во временное правительство. Следователи не смогли (а, может, не захотели, ибо и среди них были сочувствующие декабристам деятели) обнаружить необходимых доказательств. Таким образом, заговорщики "второго эшелона" остались невредимы и продолжали играть важную роль в общественной жизни. Не исключено, что их ставленником и являлся Бенкендорф. В молодости он тоже грешил "вольномыслием", состоял в тайном обществе. Потом вроде бы угомонился. Что касается Пушкина, то "воспев хвалу" монарху, он оказался объектом ненависти со стороны "прогрессивно-мыслящей" части общества. Появились эпиграммы типа:

Я прежде вольность проповедал,
Царей с народом звал на суд,
Но только царских щей отведал,
И стал придворный лизоблюд.

Был распущен слух, что Пушкин - платный агент правительства. Затем поэта попытались стравить с Николаем І. Императору посыпались доносы. Монарх, однако, отказывался им верить. Тогда зашли с другой стороны. В "подметных письмах", распространяемых в обществе, прозрачно намекалось на любовную связь жены поэта с царем. На этот раз клеветники чуть было не достигли цели. Будучи по натуре чрезвычайно ревнивым, Александр Сергеевич готов был поверить сплетням. Но откровенный разговор с супругой, а затем и с Николаем І прояснил истину.
Чувствуя, что над поэтом сгущаются тучи, император взял с него слово не драться на дуэли ни под каким предлогом. Пушкин обещал. Но не смог сдержать слово. Он не стерпел очередного покушения на репутацию жены и дал себя спровоцировать. Поединок стал для поэта роковым. Впоследствии ходили слухи, что, получив известие о готовящейся дуэли, царь приказал Бенкендорфу предотвратить ее. Но тот "по ошибке" послал своих людей не на ту дорогу.

Умирая, Александр Сергеевич просил передать Николаю І, что просит прощения за невыполненное обещание. "Скажи Государю, что мне жаль умереть, был бы весь его, - говорил он своему другу, поэту Василию Жуковскому. - Скажи, что я ему желаю долгого царствования, что я ему желаю счастья в его сыне, счастья в его России". Поэт был еще жив, когда принесли ответ от императора с прощением и обещанием позаботиться о его семье.

После смерти Пушкина император Николай І заплатил все его долги, выкупил заложенное имение отца, назначил большую пенсию жене и детям. В пользу семьи поэта за государственный счет были изданы его сочинения.

Убийцу Пушкина - Дантеса военный суд приговорил к смертной казни. Но приговор не был приведен в исполнение. Как иностранца, преступника выслали из страны. Вынужден был оставить пост и его приемный отец, нидерландский посланник Геккерен. По приказу царя Третье Отделение, руководимое все тем же Бенкендорфом, пыталось найти автора подметных писем. Не нашло. Лишь через четверть века выяснилось, что письма составлял князь Долгоруков, соратник Герцена - один из плеяды "дворянских революционеров", позднее ставший политическим ссыльным, эмигрантом. К тому времени он находился за границей и упивался собственной безнаказанностью. Увы, случай для русской истории типичный. Правда, безнаказанность всегда бывает до поры до времени. По свидетельству очевидцев, когда пришел срок умирать, Долгоруков испытывал страшные мучения, ужасно боясь того, что ждет его в потусторонней жизни. Наверное, князь вспоминал подлости, которые совершил в течение своего земного бытия. Вспомнил ли он о Пушкине? Кто знает...

Взято тут http://monarhist.info/digest/tsar-i-poet-iz-pushkina-sdelali-vraga-samoderzhaviya-u-nego-byli-prekrasnye-otnosheniya-s-gos







@темы: Пушкин, литература, личности, русское, традиции

19:15 

Пофлешмобим...

Оригинал взят у rainhard_15 в Пофлешмобим...

Тут мой друг el_puzo мне букву "К" подкинул этак коварно... Ну, полетели, значит...
Приятно себя мальчишкой вспомнить... 12 лет мне было, когда я прочёлмастера мыльной оперы своего времени, знаменитое шило в ж... - Томаса Майн Рида, конечно, "Квартеронку". Как я понял впоследствии, тема была очень распостранённой, и некий латинский хмырь Бернардо Гимараинс не тырил сюжет у дурного ирландца. Отчего дурного? А потому что трепло - когда я свёл, как он мотал концы по Антильскому региону, я понял, что брехун это изрядный и блядун потасканный дешёво. В вике Вы этот позор не прочтёте, не старайтесь. Аккурат в аннотации к книжке в совке я это прочёл - тогда там до хрена чего выбалтывали, надеясь на двойные стандарты - мол, "нашим" можно всё и что угодно, любое дерьмо делать. Так вот, трепло, фальсификатор и дезертир ещё. Впрочем, манера писать выдаёт это даже в художественных будто аполитичных произведениях - истеричка-социашлюшка везде одинаков. Конечно, его "Квартеронка" и сравниться с бестселлером Бичер-Стоу не может, ибо там под соусом сериала реально речь о пороках людских, и никаких аболиционистских дешёвых прокламаций. Но и для настоящей мелодрамы вроде "Рабыни Изауры" не тянет, как раз из-за прокламаций. В общем, парад сексуальных фантазий автора - но парад удачный. Читабельно, угарно, интрижка - и что приятно, герой суть обычная интеллигентская шляпа. Наш брат вояка не вляпался бы так идиотски нигде. Крутить эту книжечку ещё долго, демонстрируя различные её приблуды - и я рад, всю эту прелесть ещё тогда должным образом оценил.

Тогда же где-то я читал семитомник Марка Твена. И нашёл там среди множества вкусняк и шедевров "Как меня выбирали в губернаторы". Вечное пособие для жителей системы, где есть выборы. Прикол в том, что в Кремле книжку явно не читали - судя по их провальной политике. А может, решили, что у нас народ другой - зря...

Дальше будет великий О*Генри. "Кто выше?" - изящный слог, тонкий юмор, чёткая зарисовка из реалий. Наша самая читающая-де нация как всегда, смотрела в книгу, видала фигу - Мавроди тому живое доказательство. Но я-то читал и всё понял. Каждому - своё, как писал Гёте на воротах Бухенвальда, верно? У О*Генри читать надо всё, полностью все три тома. Особенно сейчас, особенно офисному планктону. Глядишь, в человеков превратятся.

Ещё одна красота из детства - "Катриона" Стивенсона. Ну, это вообще без комментариев - кто читал, тот меня понимает. Правда, это место у меня делится - и рядом стоит "Крыса из нержавеющей стали" - именно так именовалось это дивное творение Гарри Гаррисона, появившись у нас на рынке в 90м году прошлого века. Я читал эту веселуху запоем - мне помогал статус книготорговца - и быстро понял, как грустно быть солдатом удачи - тебе придётся ложиться под гебню, для которой ты лишь топливо. Дальше было волшебство книг серии "Северо-Запад" - сейчас её уже собирают ценители по букинистам...

Ну, куда ж мне, этакому флибустьеру, без любви, да? Для сестрёнки я приволок как-то с лотка семитомник же Жульетты Бенцони "Катрин". О, я не прогадал - когда Масенька заставила меня прочесть. Там я понял всё и насовсем - как работает автоматика сословного фактора и что означают все известные гендерные заморочки. Из этой книжки я попал прямо к "Квентину Дорварду" - и тоже не пожалел. Сила и мощь Традиции - я с радостью влился туда... Хотя скажу честно - Катрин совершенно напрасно таскалась со своим долбанутым капитаном. Таких контуженных везде вагон - а тогда и подавно. Причём жизнь этого придурка ничему не учила - таким что в лоб, что по лбу, и битая морда тоже не помогает. Я бы его убил, наверное - особенно если оказался бы рядом с Катрин тогда до её венчания с этим остолопом. Но люди тогда были добрее и честнее (грустно вздохнём). Кстати, сама Катрин не в моём вкусе - но это мелочи... на месте герцога я бы её тоже не пропустил. И не отпустил - она бы не ушла от меня, вот как хотите.

Про авторов на "К".

Купер, конечно. Распиарен был в совке неимоверно - и напрасно. Слог дрянь, фактических ошибок полно, герои удолбаны. Однако "Шпион" я читал с удовольствием - и Вам рекомендую.

Каверин, гыгыкс. "Два капитана", ясен-красен. Слушайте, а у этого отрицательного героя, что брата в экспедиции приморил дистанционно - у него всё с головой в порядке, нет? Нахрена ему была нужна эта тупая курица? Таких везде нарыть хоть при Царе, хоть после - как грязи в любом городишке... Сашка... чё Сашка? Коллега типа... на стать он мне вообще анитипод и делает, что должно - никакой заслуги в том не вижу. Образ Ромашки шикарен - тащусь прямо. А так - скукота, конечно, и рутина. Опять мыльная опера, куда ж без неё.

Карамзин, спасибо историчке. Интересный такой проект пиар-проект причёсывания этого русского быдла под цивилизацию. Не о том, как было, - о том, как должно было быть. Обожаю такие реконструкции.

Куприн, сука. Великий весельчак заката русской литературы. Правда, Бунину в подмётки не годится, но интересен как иллюстратор страстей человеческих. "Сирень" люблю - гы, без комментариев, да? А "Браслет" его - вообще тест на адекватность у меня, давно. Хотя докопаюсь до всякой его вещицы, не дразните меня лучше - докопаюсь и разнесу к чёрту.

Каттнер, великий Генри Каттнер. Такого стёба над 20 веком - поискать, и ничего не устарело. И слог - обалденный, эти книжки его рассказов надо давать пациентам в любых больницах - выздоравливать все в разы быстрее будут. Роман "Ярость" не устареет никогда, сколь бы ни был вычурен описанный там мир. Это - шедевр космооперы, вне всяких оценок.

Кто смелый - продолжить, а?





@темы: #книги, книги, литература, люди

10:22 

О Максе Бирбоме...

Оригинал взят у tvsher в О Максе Бирбоме...
Всех с новым днём! И пусть он будет лучше предыдущего, хоть на чуть-чуть.)

Сегодня я расскажу о Максе Бирбоме.
Годы жизни 1872-1956.
Полное имя Henry Maximilian Beerbohm. Английский писатель, художник-карикатурист, книжный иллюстратор.

0_aa919_7f500f70_XL.jpg

Хотела написать о нём сама, но встретила на просторах Сети прекрасное эссе Василия Кондратьева...

Макс Бирбом говорил, что всю жизнь с ним неотступно следовал совершенный образ мира, заключенного в выпуклое, круглое зеркало, такое, какое он помнил на стене своей детской комнаты. Такое понимание искусства он и хранил, не провозглашая громко, и с известной долей иронии относился к моде на социализм, психологический реализм и великих русских писателей.

Свою биографию он считал совершенно безынтересной.

Студентом в Оксфорде он послал свое эссе Оскару Уайльду, к тому времени уже ставшему воплощением нового "эстетического движения". Уайльд ответил ему сердечным письмом, в котором точно и навсегда определил стиль начинающего писателя как похожий на серебряный кинжал. В Лондоне Макс Бирбом стал завсегдатаем известнейшего кафе "Роял", долгие годы собиравшего цвет артистической столицы. Род его практических занятий определился с появлением двух изданий, безоговорочно повлиявших на жизнь английской культуры. В 1894 году его приятель, Обри Бердсли, представил его Гарленду, редактору вызывающе нового журнала "The Yellow Book". В первом номере этого недолговечного предприятия, обозначившего эпоху "Желтых Девяностых", - их еще называли декадентскими, "веселыми", или "Gay Nineties", - эссе Бирбома "В защиту косметики" заявило, хотя и не без скандала, безукоризненную репутацию критика и эстета. Примерно в то же самое время Фрэнк Гаррис, писатель, авантюрист и английский Казанова, откупил журнал "Saturday Review" и сделал его боевым органом культурной оппозиции викторианскому обществу, пригласив в постоянные сотрудники Б.Шоу, Р.Киплинга, Г.Уэллса и А.Беннета; Макс Бирбом был приглашен в качестве пишущего "все, что захочется".

Как и его старший друг Оскар Уайльд, и люди их круга, он не отделял жизни от творчества, придерживаясь взглядов ценителя, человека чувствующего ума. Уже позднее друзья и поклонники Сэра Генри Максимилиана Бирбома, его издатели и неудачные биографы пытались зачислить его по разряду классиков - но он сам решительно считал себя человеком светским и для величия непригодным; он был неподражаем. "Неподражаемым Максом" назвал его Бернард Шоу, которого он сменил как заведующего театральной хроникой "Saturday Review", не переставая подвергать блестящей и едкой критике. Бирбом был вообще популярен как карикатурист и пародист, ироничный к любому маститому проявлению европейской лмитературы; в этой иронии было, однако, больше внимания, чем колкостей: Генри Джеймс, например, говорил, что "этот молодой человек" знает его лучше, чем он сам себя. Эта внимательность и чувствительность к людям особенно заметна в прозе Макса Бирбома: сам вымысел был дорог ему только тогда, когда создавал характер неуловимо-документального качества. Бирбом гордился тем, что два его героя, Энок Соумз и Савонарола Браун, стали будто и не персонажами, а знакомыми среди прочих знакомых. Он с чувством мечтал о музее незавершенных шедевров, мысленно перебирая воображаемые и действительные замыслы человеческого ума, который, по его мнению, изначально гениален сам по себе.

Впрочем, у Макса Бирбома было и два ранних, вполне придуманных им романа, "Счастливый лицемер" и "Зюлейка Добсон". Поселившись на склоне лет в Рапалло, он начал было третий, который хотел назвать "Выпуклое зеркало" - но забросил это занятие, посчитав бесполезным.



И покажу пару его рисунков/карикатур)) Они своеобразные, во всяком случае на мой взгляд.

43515602.jpg


43509059.jpg

43516739.jpg

Без названия.jpg

Ну и напоследок ставлю умные мысли афоризмы Бирбома.

•Всё, что стоит делать, уже делалось, поэтому теперь, мне думается, есть смысл обратить внимание на то, чего делать не стоит.

•Гениальность небрежна, она, по самой сути своей, всегда тороплива. Гению не до утончённости.

•Жажда знаний и любовь к учителю — вещи разные.

•Я не знал ни одного гениального человека, которому бы не приходилось платить — физическим недугом иди духовной травмой — за то, чем наградили его Боги.









@темы: прошлое, проза, личности, литература, культура, книги, история

10:22 

О Максе Бирбоме...

Оригинал взят у tvsher в О Максе Бирбоме...
Всех с новым днём! И пусть он будет лучше предыдущего, хоть на чуть-чуть.)

Сегодня я расскажу о Максе Бирбоме.
Годы жизни 1872-1956.
Полное имя Henry Maximilian Beerbohm. Английский писатель, художник-карикатурист, книжный иллюстратор.

0_aa919_7f500f70_XL.jpg

Хотела написать о нём сама, но встретила на просторах Сети прекрасное эссе Василия Кондратьева...

Макс Бирбом говорил, что всю жизнь с ним неотступно следовал совершенный образ мира, заключенного в выпуклое, круглое зеркало, такое, какое он помнил на стене своей детской комнаты. Такое понимание искусства он и хранил, не провозглашая громко, и с известной долей иронии относился к моде на социализм, психологический реализм и великих русских писателей.

Свою биографию он считал совершенно безынтересной.

Студентом в Оксфорде он послал свое эссе Оскару Уайльду, к тому времени уже ставшему воплощением нового "эстетического движения". Уайльд ответил ему сердечным письмом, в котором точно и навсегда определил стиль начинающего писателя как похожий на серебряный кинжал. В Лондоне Макс Бирбом стал завсегдатаем известнейшего кафе "Роял", долгие годы собиравшего цвет артистической столицы. Род его практических занятий определился с появлением двух изданий, безоговорочно повлиявших на жизнь английской культуры. В 1894 году его приятель, Обри Бердсли, представил его Гарленду, редактору вызывающе нового журнала "The Yellow Book". В первом номере этого недолговечного предприятия, обозначившего эпоху "Желтых Девяностых", - их еще называли декадентскими, "веселыми", или "Gay Nineties", - эссе Бирбома "В защиту косметики" заявило, хотя и не без скандала, безукоризненную репутацию критика и эстета. Примерно в то же самое время Фрэнк Гаррис, писатель, авантюрист и английский Казанова, откупил журнал "Saturday Review" и сделал его боевым органом культурной оппозиции викторианскому обществу, пригласив в постоянные сотрудники Б.Шоу, Р.Киплинга, Г.Уэллса и А.Беннета; Макс Бирбом был приглашен в качестве пишущего "все, что захочется".

Как и его старший друг Оскар Уайльд, и люди их круга, он не отделял жизни от творчества, придерживаясь взглядов ценителя, человека чувствующего ума. Уже позднее друзья и поклонники Сэра Генри Максимилиана Бирбома, его издатели и неудачные биографы пытались зачислить его по разряду классиков - но он сам решительно считал себя человеком светским и для величия непригодным; он был неподражаем. "Неподражаемым Максом" назвал его Бернард Шоу, которого он сменил как заведующего театральной хроникой "Saturday Review", не переставая подвергать блестящей и едкой критике. Бирбом был вообще популярен как карикатурист и пародист, ироничный к любому маститому проявлению европейской лмитературы; в этой иронии было, однако, больше внимания, чем колкостей: Генри Джеймс, например, говорил, что "этот молодой человек" знает его лучше, чем он сам себя. Эта внимательность и чувствительность к людям особенно заметна в прозе Макса Бирбома: сам вымысел был дорог ему только тогда, когда создавал характер неуловимо-документального качества. Бирбом гордился тем, что два его героя, Энок Соумз и Савонарола Браун, стали будто и не персонажами, а знакомыми среди прочих знакомых. Он с чувством мечтал о музее незавершенных шедевров, мысленно перебирая воображаемые и действительные замыслы человеческого ума, который, по его мнению, изначально гениален сам по себе.

Впрочем, у Макса Бирбома было и два ранних, вполне придуманных им романа, "Счастливый лицемер" и "Зюлейка Добсон". Поселившись на склоне лет в Рапалло, он начал было третий, который хотел назвать "Выпуклое зеркало" - но забросил это занятие, посчитав бесполезным.



И покажу пару его рисунков/карикатур)) Они своеобразные, во всяком случае на мой взгляд.

43515602.jpg


43509059.jpg

43516739.jpg

Без названия.jpg

Ну и напоследок ставлю умные мысли афоризмы Бирбома.

•Всё, что стоит делать, уже делалось, поэтому теперь, мне думается, есть смысл обратить внимание на то, чего делать не стоит.

•Гениальность небрежна, она, по самой сути своей, всегда тороплива. Гению не до утончённости.

•Жажда знаний и любовь к учителю — вещи разные.

•Я не знал ни одного гениального человека, которому бы не приходилось платить — физическим недугом иди духовной травмой — за то, чем наградили его Боги.









@темы: прошлое, проза, личности, литература, культура, книги, история

17:53 

Мысли вслух...

Оригинал взят у tvsher в Мысли вслух...
Всё-таки Гоголь был провидцем и большим умницей. Наверное поэтому его произведения предлагаются в школе к изучению по сокращённой программе, как впрочем и произведения других классиков...

dead-souls-nikolai-gogol.jpg





@темы: книги, классика, общество, люди, личности, литература

11:01 

А не будь раздолбаем и не динамь шефа...

Оригинал взят у rainhard_15 в А не будь раздолбаем и не динамь шефа...

Война вообще не любит отсутствия дисциплины. И да, не будь слишком добрым с врагом.
Оригинал взят у rayne_minstrel в Четвертая часть сериала про шпионаж: Хроники конфликта
Когда Дантес понял, что его разоблачают? Наверняка, довольно быстро. Дело в том, что и у него были осведомители. Например, тот же Огюст д'Аршиак. Он был родней Дантеса, служил атташе при посольстве и очень вероятно, что курировал "нелегала". Его записки-мистификация (автор Л. Гроссман) мне во время оно очень понравились: http://az.lib.ru/g/grossman_l_p/text_1931_zapiski_darshiaka.shtml

Были и те высокопоставленные "кураторы" Дантеса, которые, узнав, что он не тот, за кого себя выдает, предпочли не признавать свои ошибки - голова дороже! - а стоять до конца за его правоту. Небольшой камешек в огород императрицы - она, как лицо, очень уж французу покровительствующее, до последнего стояла за него. Но, скорее, от скудости ума, чем от злонамеренности, подкупа или ревности к Пушкину - Александра Федоровна была очень "блондинкой". Не думаю, что она о чем-то хотя бы догадывалась, о чем знали ее муж и его шеф жандармов. Она видела "поверхность". О чем свидетельствует написанное ей пост-фактум письмо к одной фрейлине-подружке графине Бобринской:«Нет, нет, Софи, какой конец этой печальной истории между Пушкиным и Дантесом. Один ранен, другой умирает. Что вы скажете? Когда вы узнали? Мне сказали в полночь, я не могла заснуть до 3 часов, мне все время представлялась эта дуэль, две рыдающие сестры, одна жена убийцы другого. – Это ужасно, это страшнее, чем все ужасы модных романов. Пушкин вел себя непростительно, он написал наглые письма Геккерну, не оставя ему возможности избежать дуэли. – С его любовью в сердце стрелять в мужа той, которую он любит, убить его, -- согласитесь, что это положение превосходит все, что может подсказать воображение о человеческих страданиях. Его страсть должна была быть глубокой, настоящей. – Сегодня вечером, если вы придете на спектакль, какие мы будем отсутствующие и рассеянные...»

То есть, для нее - как и для других сторонних, не сильно углубляющихся в дело наблюдателей - налицо разыгранный в реальной жизни "модный роман" о любви, ревности и крови. Правда, сочувствует АФ тому, кому обычно не сочувствуют.

Чета Нессельроде, а, точнее, истинная глава это семейства, grande-dame Марья Дмитриевна, тоже были на стороне Дантеса "до самого последнего". Якобы по причине "слепой ненависти". Даже причину объясняют, - когда-то, мол, Пушкин написал эпиграмму, где походя обвинил отца графини, министра финансов при АП Дмитрия Гурьева, в казнокрадстве. Но в том-то и дело, что эпиграмма была анонимной, так что свой гнев растрачивать графиня могла на любого пишущего стихи человека. Скорее всего, умная женщина догадалась о сути интриги. Признаваться канцлеру в том, что перед его носом разворачивается полноценный шпионско-дипломатический заговор, главный участник которого - представитель недружественной державы, совсем не хотелось. Он знал, что, несмотря на верную службу, его вполне могут заменить - да кем угодно. Кандидатов всегда хватало, а при власти Карл Васильевич находился слишком долго. К тому же, за ним водилось и так немало косяков... Возможно, кстати, что Нессельроде занимались кое-какими денежно-торговыми делами с Геккерном. Тот вовсю торговал контрабандными предметами роскоши - ну, что вы хотите от голландца? И на это 20 лет закрывали глаза. Хотя все всё знали.



Во все это дело активно вмешалась дама с авантюристскими наклонностями - Идалия Полетика, жена полкового командира Дантеса. Надо полагать, любовница нашего псевдо-роялиста. Причины ее ненависти к Пушкину загадочны, но, скорее всего, она была влюблена в него, а он мало того, что не ответил взаимностью, так еще, скорее всего, жестоко высмеял ее. Женщины такое не прощают. Она набилась Натали в подружки и начала всячески форсировать ситуацию. Возможно, и ее тоже поставили "в дело" - то же 3-е отделение.
Надо полагать, Пушкина это тоже крайне злило,пока он не знал всех условий игры. Его желанием было одно - устраниться самому вместе с семьей (путем отъезда в деревню). Но почему-то этим планам не суждено было реализоваться. Объясняется тем, что, мол, он пожалел Натали, которая очень протестовала против "боя часов и воя волков" в Михайловском. Но она сама оказалась в крайне неудобном положении. Ее саму тяготила ситуация, что доказывает - она не только не давала авансов своему поклоннику, но и честно рассказывала обо всех его поступках мужу. Дантес, скорее всего, не знал, что ловушка ждет его именно там, где ждала. Он видел красавицу с ревнивым мужем, видел, что эта крепость падет при благоприятных обстоятельствах. Которые он старался форсировать.

Пушкин, долго не решался на открытые действия. Что для него нехарактерно. Возможно, его "кураторы" и "опекуны" ожидали более быстрой реакции. Но дело слишком деликатное. Пушкин в прошлом сам неоднократно оказывался на "другой стороне баррикад", т.е., на месте счастливого соперника, ухаживающего за замужней дамой. Он и знал, что, предай он все огласке, не только подтвердит свою репутацию "дикаря" (ему бы это сошло с рук, тк "творческая личность", что взять?), но и, самое главное, замарает честь жены, предав ее роман огласке.

Тогда кто-то пошел совсем ва-банкъ. Распространил среди всех знакомых и друзей Пушкина анонимку с таким вот текстом:“Кавалеры первой степени, командоры и кавалеры светлейшего ордена рогоносцев, собравшись в Великом Капитуле под председательством достопочтенного великого магистра ордена, его превосходительства Д.Л. Нарышкина, единогласно избрали г-на Александра Пушкина коадъютером великого магистра ордена рогоносцев и историографом ордена. Непременный секретарь граф И. Борх”.
Тут нужны некоторые объяснения. Великий магистр ордена - это известнейший рогоносец недавно прошедшей эпохи, муж постоянной фаворитки императора Александра, прекрасной "Аспазии" Марии Антоновны Нарышкиной, урожденной Святополк-Четвертинской. И. Борх - посмешище всего Петербурга по той причине, что его жена не брезговала никем, даже кучером. А все потому, что сего Борха женщины не интересовали вообще.
Таким образом, в записке недвусмысленно давали понять, что Пушкин рогат, но его соперник - не просто какой-то кавалергардик, а целый Николай Первый. По аналогии. И что Наталья Николаевна занимает такое же место при НП, что и Мария Нарышкина при АП. И именно это письмо довело Пушкина до крайности. Попало в цель. Он захотел дуэли, и дуэль должна быть крайне кровавой.
Вопросу об авторстве пасквиля посвящены целые главы в книгах про дуэль. Проводится целая детективная работа. Поэтому я не буду заострять внимание на том, кто может все это написать. Тем более, как водится, исполнитель мог быть один, а истинный заказчик и автор текста - совсем другой. Я так думаю, сочинили пасквиль в Третьем отделении ЕИВ канцелярии, где еще.
Я бы обратила внимание на то, что гнев Пушкина направляется на того, против которого Пушкин ничего не мог сделать - а не на конкретное лицо. Да и, к тому же, такие предположения могли лишь оскорбить чувства любого верноподданного. Будь Пушкин фрондером - то эта анонимка только бы подогрела "революционные настроения". Но он фрондером уже не был. Таким образом, в анонимке мало того, что оскорбили его самое и его жену - но еще и его государя.

Сам Пушкин был убежден, что автор - именно что Геккерн. Возможно, он увидел желание "папаши" отвести беду от "сынка". Увидел почерк опытного интригана-дипломата. Близкого к "высшим сферам" (Геккерн присутствовал в России и при Александре Первом). Гнев Пушкина автор пасквиля направлял на того, кто, в принципе, неподсуден и против кого ничего нельзя сделать - против царя.

Итак. В ноябре 1836-го Пушкин пишет знаменитое письмо Геккерну. Он не может не знать, что дипломат сам драться на дуэли не пойдет. Мне так кажется, он еще предполагал, что Геккерн утрется. Письмо написано очень уж оскорбительно. Утереться не может даже этот подловатый голландец. Там еще много камней в огород Дантеса. Что он болеет сифилисом, например. Ест-но, Дантесу оставалось только выйти к барьеру. Но он знал, чем грозит ему этот барьер. Смерть или дискредитация себя - вот и все. Проглотить анонимку тоже нельзя. Пушкин мог - и собирался - предать свое письмо огласке. Надо было сохранить свое положение любой ценой. Очень удобно подвернулась Екатерина Гончарова. Сестра Натали, влюбленная в Дантеса как кошка (отмечу, что Натали привезла из Москвы своих сестер-"старых дев", чтобы представить их высшему свету и найти им женихов; все они жили в одном доме). Сыграли свадьбу, которой была рада одна невеста - такого парня отхватила и наконец-то не "перестарок"! После свадьбы Дантес еще и постарался примириться с Пушкиным на "дружеской ноге". Увидев, однако, что шанс остаться в России есть - о том, что его могут выслать и вместе с женой, хоть и русской подданной, самонадеянный юноша и не думал (или старался не думать). Пушкин, по его мнению, уже не мог с ним драться, ведь он же его зятем стал, родней. А добраться до Натали стало еще проще.

Возможно, в январе Пушкину Бенкендорф рассказывает обо всем, что из себя представляет Дантес. Еще одна провокация со стороны дуэта "Идалия-Дантес", Натали вынуждают провести час наедине с Дантесом (скорее всего, никакого "компромата", но сам факт того, что они остались наедине, и тому нашлись свидетели, в тогдашнем представлении говорил прямо - они стали любовниками; и нашлись те, кто Пушкину это и сообщил). Вооруженный знанием, что он может убить шпиона и, возможно, узнав от Бенкендорфа, что, в случае чего, будет поддержка со стороны жандармерии - дуэль разгонят, а всю вину повесят на Дантеса, он идет к барьеру. Последние дни жизни Пушкина расписаны по часам. И можно из этого увидеть, что поэт не готовился к смерти - или даже к тому, что его могут серьезно ранить. Не писал завещаний, записок, не приводил срочно в порядок дела. Занимался текущей работой по журналу. Обратим внимание и на выбор секундантов. Пушкин поступил умно - он не стал приглашать никого из тех, кто получил пресловутый "диплом рогоносца" (т.е., никого из своих хороших знакомых и друзей). Те бы начали из лучших побуждений пытаться улаживать дело миром. Возможно, те, у кого появилась идея диплома, для того-то и разослали его этим людям - чтобы они воспылали праведным гневом и заступились за своего друга "в случае чего". Многие из адресатов, кстати, общественное мнение и формировали. Поэт нашел себе секунданта очень удачно - столкнулся на улице с бывшим одноклассником Константином Данзасом, который приехал в СПб по какой-то служебной надобности. Тот был не в курсе светских интриг, своего мнения не мог четко сформулировать - но и отказаться не мог (тут можно предположить, что "случайная" встреча была неслучайной; а можно и предположить попроще - благородство ему не позволило отказаться).

Дантес же понимает, что, так или иначе это конец. Характерно, что он позвал в секунданты своего "напарника" д'Аршиака. А не кого другого. Из тех же его многочисленных дружков - гвардейских офицеров. А не кого другого. Д'Аршиак согласился, хотя он, как дипломат, тоже должен был понести последствия. Известно, что дипломаты не могли участвовать в дуэли ни под каким соусом, даже в пассивной роли.


Меня интересует вот что. Почему здесь Данзас в жандармском мундире? Они-таки доехали до "правильной" Черной Речки?

Я не буду останавливаться на подробностях дуэли. Могу сказать одно. Почему дуэль не остановили. А чтобы довести до конца и дискредитировать того, кого хотели дискредитировать, по полной. Возможно,все предыдущее поведение Дантеса (чего стоит женитьба на первой попавшейся только ради того, чтобы не стоять у барьера?) говорило о том, что он, скорее всего, выстрелит в воздух или не будет целиться "на поражение". Тот и не целился. Он метил или в пах, или в ноги, но, в любом случае, не в голову и не в сердце. Но останавливать дуэль - значит, свести все к "административному правонарушению". Каждому был бы положен "строгий выговор с занесением в личное дело". И все. Сама бы идея превратилась в глупый фарс. Устраивать поединок только ради того, чтобы его разгонять "из чистого гуманизма" - это крайне глупо. Да и гуманизмом режиссеры не отличались. Сильные репрессии за несостоявшуюся дуэль, опять-таки, навели бы на подозрение, что дело тут нечисто. Тем более, к Пушкину применять эти репрессии не собирались. Максимум, что бы ему грозило - ссылка в деревню.

Скажу, что результат был - Дантеса разжаловали и отправили обратно. Без права въезда. Интересно, какую он сделал карьеру во Франции. Довольно блистательную. Он не сидел тихо, как мышь, у себя в имении, а активно мешался во внутреннюю и внешнюю политику - никаких препятствий ему никто не чинил. А должны бы. Очевидно, за несколько лет польза от него перевесила его "провал" (тем более, наниматели действительно ничего не заподозрили, скорее всего). Тем более, власть во Франции опять сменилась. Дантес резко стал рьяным бонапартистом.

И что особыми поручениями в 1850х годах занимался и далее. В том числе, тесно контактировал с русским посольством во Франции. Тоже сливал кое-какую информацию. А что его совесть не мучила - так оно и понятно. В его глазах, он убил не живого человека, не "солнце русской поэзии", а всего лишь "шпика".

Драма Пушкина в моем изложении, как кажется, выглядит более благородно (хоть, и признаюсь, возможно, натянуто) - человек погиб за Отечество. Как "боец невидимого фронта". И это лучше, чем водевиль про любовь и ревность (прямо как в изложении императрицы Александры!), о котором мы слышим уже 180 лет.






@темы: история, литература, личности, ложь, люди, шпионы

10:10 

О Летнем саде, прогулках, смотринах и сватовстве

Оригинал взят у tvsher в О Летнем саде, прогулках, смотринах и сватовстве
Приветствую моих друзей, читателей и просто мимопроходящих! Сегодня первый рабочий день и получается, что сегодня тяжёлый вторник.) Народ обсуждает как прошли выходные, где кто был, сколько съели шашлыков, а также огородные дела.. Так что сегодня сильно грузить не буду, а расскажу о славной традиции, что когда-то существовала в столице Российской Империи Санкт-Петербурге. (Не исключено, что в других городах и городках тоже было что-то подобное.) А для этого я вас приглашаю на прогулку в Летний сад.

67874576478566776776.jpg

В царской России инициатива в заключении брака исходила от жениха и его семьи, отец жениха мог обратиться к отцу невесты напрямую. Но чаще для этого приглашали сваху. Обычно для первых смотрин выбирали гулянье на Духов день в Летнем саду: жених и невеста могли оценить друг друга, посмотрев издалека и не давая друг другу опрометчивых обещаний. Вот как описывает свои смотрины Ульяна Полилова, героиня повести Полилова «Диван»:
«„Он“, так сильно мною любимый Петр Семенович, — он зачастил к Гусевым, днюет там, и за Машенькой, средней дочерью, ухаживает. Каков изменник! Я не поверила бы, если бы услыхала это от кого-нибудь другого, но сестрицам верю, они не солгут.

Кончено! Я завтра иду с маменькой в Летний сад и буду смотреть жениха, которого мне сватает Захарьевна!

Проплакала весь день, но своего решения не изменила.

С трудом поднялась с постели, посмотрела на себя в зеркало. Какая я бледная, глаза вспухли, красные…

Все утро умывалась огуречным рассолом, немного попудрилась; лицо посвежело.

Маменька была до крайности изумлена моим неожиданным решением.

„Позвольте мне, маменька, надеть желтое с прошивками платье“, — спросила я ее.

„Охотно, Юленька, — засуетилась моя старушка, — оно к тебе значительно идет“.

Я это знаю отлично и сама.

Папенька не обманул: вместо испорченной шкипером шляпки купил мне другую, очень красивую, соломенную, кибиточкой, желтым канусом подбитую, а сверху бледная чайная роза приколота. Когда оделась, я снова посмотрела на себя в зеркало и понравилась сама себе.

Черные мои волосы небрежными кудрями выбивались из-под шляпки, лицо хотя было и бледно, но эта бледность делала меня еще интереснее. Платье сидело отлично, а ажурная шаль, бледно-розового цвета, согласовалась с платьем.

Маменька тоже осталась довольна мною и сама помогла завязать мои башмаки.

О, если бы он, злодей, увидел меня сегодня, я уверена, что позабыл бы Машеньку Гусеву, да и других всех.

Когда мы приехали на линейке с маменькой к Летнему саду, у решетки и на набережной стояло очень много народу.

Я скромно опустила глаза и прошла через ворота, где больше всего толпилось мужчин. Медленною лентою двигались вдоль главной аллеи молодые барышни с матерями.

56822656565686677.jpg

Вдоль всей аллеи, по обеим ее сторонам, плотными рядами стояли женихи со свахами.

Кого тут не было! И военных, и партикулярных, молодых и старых.

В то время как мы, невесты, подвигались одна за одной по аллее, стоящие по сторонам ее мужчины осматривали нас с ног до головы, громко толковали между собою и даже называли нередко ту или другую девицу по имени.

Хотя я опустила глаза книзу, но все-таки исподтишка смотрела на женихов.

Не доходя до конца аллеи, маменька меня дернула за платье и глазами указала направо. В первом ряду я заметила Захарьевну и рядом с нею небольшого роста тучного мужчину лет тридцати.

Белесоватый цвет его волос, а равно и все его лицо с такого же цвета еле заметными усиками и бровями, мне не понравилось.

Он уставился пристально на меня, по указанию свахи, но я прошла мимо, как будто не замечая его.

Пройдя несколько шагов дальше, я взглянула опять направо и обомлела… Передо мною стоял молодой красавец офицер. Наши взгляды встретились; я сразу почувствовала особое к нему влечение и совсем позабыла, что обращаю на себя общее внимание, обернула голову и не спускала глаз с офицера.

Мы еще раз прошли по аллее. Поразивший меня брюнет военный все еще находился на том же месте. Он снова пристально глянул на меня, улыбнулся и сделал мне под козырек.

Я еле помню, что было дальше со мною. Дойдя до Невы, я не пошла обратно, хотя маменька желала еще раз пройтись по аллее. Мы добрались до нашей линейки и сейчас же отправились домой.

Не успели мы немного отъехать, как сзади нашего экипажа раздался лошадиный топот. Точно по чьему-то таинственному приказу, я обернулась и… увидела снова поразившего меня военного кавалера…»


756756756776885677665566.jpg

Но если смотрины проходили более успешно и не возникало разногласий относительно приданого, назначалась следующая встреча, на этот раз в доме невесты... Но это уже другая история.

Вот так наши предки совмещали приятное с полезным.)








@темы: история, Россия, традиции, прошлое, проза, общество, литература, книги

00:35 

Как я на серваке Прозы прославился.

Оригинал взят у rainhard_15 в Как я на серваке Прозы прославился.
799422.bmp
Набралось баллов от читателей, расходовать пора в очередной раз. Ну, и поставил вот этот свой сценарий: http://rainhard-15.livejournal.com/225087.html. И вот через полдня в почту валится...

Ну, я другую залипуху поставил, вот эту: http://rainhard-15.livejournal.com/5153.html
А это у них, стало быть, политике сайта соответствует, представляете?

Ну что я могу сказать? Не чуют конъюнктуру на сайте Проза.Ру, раз политика у них такая негибкая. А за двойной анонс - ибо народа у меня на странице перебывало в четыре раза больше обычного в таких случаях - я доволен, конечно.







@темы: литература, приколы

10:09 

Рассматривая картины: о Лилит и не только...

Оригинал взят у tvsher в Рассматривая картины: о Лилит и не только...
Сегодня у нас Джон Кольер и его "Лилит" (1892).

535472b91938173f18a09f08831949ee.jpg

И в этот раз я вам не буду рассказывать о художнике - английском живописеце-портретисте, хоть Кольер и является одним из представителей прерафаэлитизма. Речь сегодня пойдёт о Лилит.)

Строго говоря, христианство никогда не упоминает о Лилит. Вы не найдёте ни слова о ней в библейских книгах. Лишь в еврейском тексте книги Исаии сказано:
Ис.34:13-14: «И зарастут дворцы её колючими растениями, крапивою и репейником — твердыни её; и будет она жилищем шакалов, пристанищем страусов. И звери пустыни будут встречаться с дикими кошками, и лешие будут перекликаться один с другим; там будет отдыхать ночное привидение (lilith) и находить себе покой.»

Но если верить Алфавиту Бен-Сиры именно Лилит была первой женщиной и женой Адама до Евы. Бог создал их практически одновременно: сначала Адама из чистого праха, а чуть позже Лилит из глины (смесь грязи и ила) и огня, чтобы Адаму было нескучно и тот мог удовлетворять свои сексуальные потребности. Но семейная жизнь у них как-то не задалась. Утверждается, что Адам был скучен в любовных играх, предпочитал только одну позу, мессионерскую. Лилит же хотелось большего. И вот наступил момент, когда она поставила ультиматум своему мужу.
“Я не буду лежать снизу, — говорила она. — Мы равны друг другу, ибо оба созданы из праха”

Да и в других делах похоже Лилит не пожелала подчиняться своему мужу, т.к. считала себя равной ему. Не кажется вам это слишком знакомым?

Адам с такой постановкой вопроса не соглашался и в конце концов Лилит произнося тайное имя бога Ягве, поднялась в воздух и улетела прочь. Но видимо она надеялась на продолжение отношений т.к.периодически возвращалась к нему и потом рожала от него детей. Адама такое положение совсем не устраивало, жена вроде как есть и вот её нет. И он обратился к Богу с жалобой на свою своенравную жену. Тот послал вдогонку трёх ангелов, известных под именами Сеной, Сансеной и Самангелоф.

Ангелы нашли Лилит у Красного моря, но она наотрез отказалась возвратиться к мужу. Тогда ангелы наказали её. Существуют три версии наказания:
1. сотня её младенцев будет умирать каждую ночь;
2. она обречена рожать детей — демонов;
3. Бог сделает её бесплодной.

Лилит поклялась же, что она пощадит любого ребёнка, защищённого амулетом или пластинкой с её именем, либо с именами ангелов, пытавшихся возвратить её, несмотря на то, что её «функцией» является убийство младенцев. Такой её создал Бог.

В иудейском быту волосатая и крылатая Лилит особенно известна как вредительница деторождения. Считалось, что она не только наводит порчу на младенцев, но и похищает их, пьёт кровь новорожденных, высасывает мозг из костей и подменяет их. Ей также приписывалась порча рожениц и бесплодие женщин. Похоже, что именно с этим преданием связана традиция повязывания красной нитки на руку (обычно младенцу) — считается, что Лилит боится красного цвета. Особенно опасна ночь перед обрезанием младенца — чтобы уберечь ребёнка от Лилит, его отец должен всю ночь напролёт читать отрывки из «Зоар» и других книг Каббалы.

Существует также несколько шумерских легенд о Лилит. В них Лилит — богиня-покровительница своего народа. Тем не менее, очевидна и её тёмная суть. Так, слёзы Лилит даруют жизнь, но её поцелуи приносят смерть.

Злые языки утверждают, что Адам часто вспоминал Лилит и во сне произносил вслух её имя, огорчая этим Еву. Лилит же довольно быстро устроила свою личную жизнь, став женой Самаэля - ангела Смерти . Имя «Самаэль» иногда рассматривается как истинное «ангельское» имя дьявола. «Яд Бога». В каббале Самаэль считается Ангелом Смерти, главным правителем Пятого Неба и одним из семи регентов мира. Ялкут Шимони говорит о Самаэле, как об ангеле-хранителе Исава. В Мишне Самаэль обозначен как ангел-хранитель Эдема.
Ему ставят в вину грехопадение Евы, которая от Самаэля родила Каина. Именно он явился к ней в образе змея.

Есть версия, что змеем был Азазель, но также есть мнение, что это была сама Лилит. Ей было завидно, что Адам жил с Евой в мире и согласии, вот и решила накормить их яблоком с дерева Знаний.

Кстати, Лилит жива и в наши дни, ибо сама те яблочки запретные не ела, соответственно грехопадения не совершала, а значит не была лишена бессмертия. (Вот оно, настоящее женское коварство.) И сейчас пудрит головы женской половине земного населения феменизмом, забывая рассказать о последствиях...
Ис.34:13-14: «И зарастут дворцы её колючими растениями, крапивою и репейником — твердыни её; и будет она жилищем шакалов, пристанищем страусов. И звери пустыни будут встречаться с дикими кошками, и лешие будут перекликаться один с другим; там будет отдыхать ночное привидение (lilith) и находить себе покой.»

PS: Как опустились женщины, как низко пали, "освободив" себя от "рабского" труда: стоять на кухне, готовя завтрак, обед иль ужин... воспитывать детей...









@темы: прошлое, мораль, литература, книги, живопись, дамы

15:55 

Унесённые Миссисипи, или Приключения Бекки Тэчер.

Оригинал взят у rainhard_15 в Унесённые Миссисипи, или Приключения Бекки Тэчер.


Много воды унесла широкая Миссисипи, прежде чем завершилась вся эта история. Потому что то, что г-н Клеменс счёл возможным рассказать нам в паре своих книжек, было фактически прологом для блокбастера, который пока не снят. А я расскажу, что произошло после, покомпактнее.

Тётя Полли отдала Богу душу почти перед самой войной Севера и Юга, где-то за месяц до её начала. Можно сказать, что старушка умерла счастливой. Мэри всё же вышла замуж за нового учителя воскресной школы, тот вскоре получил богатое наследство где-то не то в Айове, не то в Миннесоте, и благообразная чета уехала из Кентукки навсегда. Сид уехал на ферму в низовьях, где случилась история с Джимом, и, по долетавшим иногда в дом Тома сведениям, очень неплохо освоился после в роли лавочника. Сам Том выучился на адвоката и благополучно женился на Бекки Тэчер. Правда, судье не очень нравились знакомства, которые Том завёл за время своей практики - всё же, аболиционисты были более чем мутной публикой в то время - но пока на карьере молодого стряпчего эти аферисты не отметились ни единым пятнышком, всерьёз не беспокоился. Гораздо больше опасений вызывало то обстоятельство, что любвеобильный Том уже трижды остался без наследника, и даже на четвёртый раз ребёнок не прожил и года. Но неудачи в материнстве сподвигли Бекки стать хозяйкой модного салона для горожанок, и Соеры не теряли надежды, что однажды и эта напасть будет побеждена. Старая вдова часто навещала их, давая массу ценных советов и не уставая вздыхать о том благом дне, когда она соберёт на пасхальной неделе кучу наследников Тома и одного блестящего офицера Геккельберри Финна, что, если верить сплетням злопыхателей, уже наделал сыновей, не успев ещё закончить военное училище в Вест-Пойнте. Этот офицер исправно писал приёмной матери письма, слал подарки, но приезжать не спешил - каждый раз его задерживали какие-то важные дела. Какие - спрашивать было вскоре бессмысленно, началась война.


Сам факт начала боевых действий свёл в могилу старого судью Тэчера. Том, лишившись наставника и покровителя, всё чаще брался за сомнительные, не приносящие дохода дела, которые ему подсовывали новые его приятели, которые привлекали его широтой и раскрепощённостью нравов, нестандартными подходами к различным жизненным ситуациям. Не стеснялся и пускаться в рискованные бизнес-авантюры. Поэтому, когда Сид, полностью разорившийся ещё в начале военной кампании южан, прислал письмо с просьбой о помощи, решил проигнорировать это послание - позже Том с ясными глазами уверял всех, что письмо было явно потеряно и в руки ему не попадало. В городе вольготно стали чувствовать себя понаехавшие из провинций гости. Вдова так и не дождалась Геккельберри - однажды ночью пробравшиеся в дом грабители варварски убили её за попытку оставить себе рождественский подарок Гека, какую-то безделушку или брошь, показавшуюся им очень ценной. Вопреки ожиданиям, Том не взялся за расследование этого дела никак, что давало повод полагать, что ему известно что-то о возможных подозреваемых. Сотрудницы местного публичного дома, по неясным сплетням, как будто видели потом один из браслетов покойницы у кого-то из подруг аболиционистов, но эта информация не подтвеждена как раз потому, что те слишком быстро меняли подруг и компаньонов. Сид уходит в армию южан, поскольку не считает возможным беспокоить Мэри - у неё только что умер ребёнок, подцепив простуду или что-то подобное, кроме того, ей перед этим пришлось овдоветь - её супруг отправился на фронт на второй день войны. Он не знает о том, что Мэри с горя становится сестрой милосердия и пропадает без вести в одном из сражений.

Бекки однажды обнаруживает, что её семья живёт лишь на доходы от её скромного модельного бизнеса - Том слишком азартно проводит время в борделе с друзьями... Попытка прояснить ситуацию заканчивается трагически - супруг называет жену порченой неумехой, намекая на её неудачи в материнстве, перестаёт скрывать, что неверен ей и также болен постыдным заболеванием, а после поднимает на неё руку. Как назло, ссору успевает тайком пронаблюдать одна из работниц салона, и через полмесяца Бекки остаётся без сотрудниц, превратившись в обычную белошвейку. Том через некоторое время замечает, что его услугами стряпчего перестают пользоваться не только солидные, но и простые горожане, закладывает дом и все свои оставшиеся от приключений средства вкладывает в одно из предприятий своих друзей. Он не дожидается ни быстрой прибыли, обещанной ему, ни возврата капитала, ни друзей. Сид, вынужденный бежать из разбитой армии южан, оказывается на какой-то из многочисленных хлопковых плантаций поблизости от Нового Орлеана, и становится свидетелем расправы над плантатором. Когда же он видит, что беснующиеся разбойники намереваются порезвиться также с дочерью несчастного, впадает в такую ярость, что убивает едва ли не всю шайку разом, остальные негры успевают убежать прочь. Девушка просит своего спасителя отвезти её в город, где её ждут родственники, желающие забрать её в Европу до конца войны. В результате Сид уезжает навсегда во Францию, чтобы в итоге жениться там на новой знакомой.

Война заканчивается. Том окончательно превращается в кабацкого забулдыгу, живущего за счёт скромных доходов жены. Он ещё пытается сыграть на своей славе друга аболиционистов, но без особого успеха. Полиция начинает использовать его в качестве осведомителя, посещающего злачные места. В очередной раз силой отобрав у жены деньги, он устраивает себе бурную ночку в старом борделе, не зная, что в город прибыл Геккельберри Финн, с целью разузнать обстоятельства гибели вдовы, которую он больше не стесняется называть матерью вслух. По счастливой случайности, они не узнают друг друга, разминувшись на улице - Том видит рослого офицера в парадном мундире и стремится скрыться с глаз, не желая общаться с псом режима, Гек не обращает внимания на потрёпанного жизнью подозрительного типа, коих полно шныряет везде с целью выпросить на стаканчик. Весь во власти нахлынувших воспоминаний, Финн решает свернуть на знакомую улочку и попадает в пустой дом Сойеров, гостя не встречает никто.

Однако женский плач - очень неплохой ориентир для бравого вояки, и найти Бекки и выудить все обстоятельства и прочие детали текущего положения дел труда для него не составляет никакого. Достаточно лишь угостить измученную работой и побоями молодую женщину обычными пышками, купленными по дороге, шоколадом да содержимым фляжечки с дорогим виски - то, что старая знакомая из туманной юности ещё и голодна очень, видно сразу. Твёрдо решив про себя обстоятельно поговорить с Томом при встрече, Гек успокаивает Бекки, уверив её в том, что найдёт способ устроить друга детства на приличную должность в соседнем штате, отдаёт ей пятьдесят долларов с указанием купить себе провизии и сластей, и уходит проведать дом, который во время учёбы называл для краткости родительским. Пробродив по пустому жилищу вдовы до вечера после визита на её могилу, Гек понимает, что грёзы прошлого не в состоянии насытить настоящее, и остаётся ночевать в доме один. Ему снятся бои, пожары и старая бочка, где однажды его разыскал Том, болтая что-то про пещеры и разбойников из книг. Дружеская болтовня превращается в ссору - Гек спрашивает повзрослевшего уже Тома, зачем тот обижает жену. Друг из детства оборачивается сначала Индейцем Джо, а потом огромным - почти в человеческий рост - отвратительным пауком, который убегает в никуда при попытке человека воспользоваться оружием. Пытаясь успокоиться, Гек идёт прогуляться на берег реки и видит в воде тонущую молодую женщину. Это Бекки. Рванувшись к воде, Гек просыпается. Уже утро.


Новый начальник полиции города - Джо Гарпер - сообщает Геку столь гнусные подробности о похожениях Тома в среде аболиционистов, что тот решает не рассказывать их Бекки. Гарпер намекает, что уже давно жаждет либо избавиться от друга детства по-тихому, либо громко - по традиции со смолой и перьями, и был бы очень рад, если бы нашёлся человек, готовый при этом устроить будущее супруги несчастного афериста. Тем более, что он не смог уговорить судью отсрочить конфискацию заложенного дома, и именно сейчас судебный пристав поехал вручать хозяевам официальное письмо по этому поводу. Финн спокойно сообщает, что такой человек сейчас перед ним. Гарпер на радостях отправляет бригаду слуг привести в порядок дом своего гостя уже ко второму часу пополудни. Из-за этого приходится остаться на обед у нового-старого приятеля, поскольку все остальные визиты горожанам были уже сделаны. Тем временем Том понимает, что в доме, помимо обеда, явно завелись также и лишние деньги, и требует от жены выдать их ему. Бекки отказывается выполнить это требование, и оказывается очень серьёзно избитой. Забрав у бесчувственной супруги оставшиеся от денег офицера купюры, Том буквально бежит в кабак вне себя от счастья. Именно там, после реплики трактирщика, забравшего большую часть денег за долги, он понимает, что столько за раз его белошвейка ни разу не получала даже за очень крупные заказы... Поспешно покончив с выпивкой в этот раз, он решает вернуться домой.

Гек, ещё во время обеда почувствовав неладное, торопится в дом Соеров - для того, чтоб обнаружить бесчувственное тело Бекки, упавшей с лестницы - после побоев у неё опасно закружилась голова, а после падения случился затяжной обморок. В этот раз спрашивать, что произошло, ему не требуется - всё понятно и без слов.
- Так жить нельзя, подруга, - доверительно заявляет даме офицер, приведя её в чувство. - Тот, кто тебя не ценит настолько, ни разу тебя не заслуживает и тебе больше никто, поняла? Теперь я здесь командир, а не твой подонок.

Но ему ещё приходится некоторое время справляться с истерикой и рыданиями несчастной, не верящей, что её отчаянное положение можно как-то спасти. Решив бороться с этим явлением старым мужским способом, с помощью крепкого поцелуя, Гек понимает, что захмелел всерьёз и надолго. На его счастье, это понимает и Бекки - и после жаркой паузы сообщает ему, что готова слушаться своего нынешнего командира во всём, сопроводив эти слова столь пламенным взором, что ещё никому в её жизни ещё не доставался. Следующий поцелуй убеждает Гека как нельзя лучше в том, что больше он не намерен целоваться с кем-либо ещё даже гипотетически... Когда нежное объяснение было закончено и решение уходить отсюда уже было принято, влюблённые успевают занять вполне подобающие приличиям позиции, но для Тома, ворвавшегося в гостиную, это уже значения не имеет.

Однако в ходе масштабной потасовки Сойер, так и не узнавший в госте друга детства, вопреки своим фантазиям, не имеет ни малейших шансов на победу. Не понимает он и того, что противник щадит его намеренно, не желая серьёзных неприятностей. Никакие намёки на детские совместные игры и прочие предприятия не помогают, и наконец Гек, потеряв терпение, прижимает напавшего на него, лишив возможности сопротивляться и двигаться, и задаёт жёсткие вопросы касаемо личностей, причастных к гибели вдовы. Сильно испугавшись, Том признаётся, что это он по наивности своей сработал наводчиком грабителей, а после убийства решил отмолчаться. Но тут же начинает красиво привирать, как будто его самого шантажировали этим фактом.
- Неужели ты так и не понял, что это давно уже не игра? - задумчиво говорит Гек, с заметной глазу вернувшейся в гостиную Бекки брезгливостью отпускает её супруга. - Или случай с индейцем Джо тебя и тогда ничему не научил?

Сражённый горем, Гек усаживается в одно из кресел, и в этот момент Том узнаёт того, с кем в своё время делил найденный клад. Увидев, что Бекки приближается с таким лицом, выражение которого не сулит ничего хорошего, Сойер признаётся себе, что совершил ошибку, будучи в детстве столь щедрым... То, что стилет успевает застрять в картонке с пожитками супруги, оказывается для него полной неожиданностью. Том действительно думал, что успеет, а жена не только не вздумает помешать ему, но поддержит его версию произошедшего, придуманную только что... Однако против офицера, всерьёз идущего в атаку на вооружённого противника, будучи сам при этом без оружия, предпринимать ничего толком не получается, несмотря на все навыки кабацких драк. Сработав быстро, без стремления теперь щадить убийцу, Гек уводит миссис Сойер из осквернённого дома, который ей уже не принадлежит, в свой. К вечеру Бекки остаётся вдовой, но уже нисколько не жалеет об этом. Все формальности люди Гарпера и мэра города берут на себя - суда по этому делу так и не было. Как не было и шума вокруг всей этой истории - горожане восприняли новость скорее с радостью, нежели с оттенком негатива.

Через девять месяцев чета Финнов крестила сына, а ещё через год - дочку. Потом у Гека и Бекки было ещё шестеро детей, после переезда из родного города в соседний штат. Все они оказались крепкого здоровья и редкого ума и красоты, и радовали родителей до глубокой старости.







@темы: литература, кроссоверы, белое

10:13 

Для любителей творчества братьев Стругацких хорошая новость

Оригинал взят у tvsher в Для любителей творчества братьев Стругацких хорошая новость
Да не только для любителей.. Если честно, то я поклонницей творчества братьев Стругацких не являюсь, ну не пошло у меня как-то читать их книги.. Но новость действительно хорошая. Наследники писателей-фантастов Мария и Андрей Стругацкие приняли решение выложить на официальном сайте писателей все произведения своих отцов, включая не публиковавшиеся ранее.

classic-library-book-free-desktop-wallpaper-3840x2400.jpg


Книги Стругацких считаются классикой научной фантастики. Всего братья вместе написали более 30-ти произведений, в том числе романы и повести «Понедельник начинается в субботу», «Пикник на обочине», «Трудно быть богом», «Обитаемый остров» и другие. По книгам Аркадия и Бориса сняты более 20-ти фильмов, включая «Сталкер» Андрея Тарковского.

Архив доступен по ссылке http://www.rusf.ru/abs/books.htm

Кто ж знает, может я сама захочу почитать Стругацких...










@темы: литература, книги

09:44 

А мне нравится. Очень.

Оригинал взят у rainhard_15 в А мне нравится. Очень.

Бесспорно, нарывался классик сам. Точнее, классика из него уже потом сделали... И мистиком чел был неслабым, не зря христианином помер.
Оригинал взят у rayne_minstrel в "Шпионы там, шпионы здесь..." Предисловие.
9 февраля, как известно - день памяти А.С. Пушкина. Причем выпадает он на годовщину - со дня смерти гения прошло 180 лет. В связи с этим, предчувствую вал различных заметок о том, кто и как убил Пушкина. Зачем вообще нужна была эта хрестоматийная дуэль? Каждый школьник знает, как погиб столп русской словесности, ее альфа и омега. "Убит французом на дуэли из ревности к жене". Все ясно-понятно. Тем более, факт ревности к жене вписывается в то, что мы знаем о Пушкине - некрасивый, небогатый поэт, легкомысленная красавица-жена, легкомысленный красавец-француз, как тут не выйти адюльтеру?


Но уже современники видели, то с этой версией что-то было не так. А литературоведы начали раскапывать, что именно не так, кто виноват и что с этим делать. В итоге, есть тому много предположений. Этому есть пара причин:
1. Пушкин был прежде всего светским человеком, а потом уже сочинителем и темпераментным "арапом", как его любили представлять. Человеком весьма вольных нравов. Судя по письмам, жену он ревновал больше для того, чтобы показать свое неравнодушие к ней. Она ревновала его не меньше. А та самая Натали, которую Пушкин перед смертью просил не обхаивать, так как знал, что винить будут именно ее, как тогда (да и сейчас) водилось, отличалась довольно скромным поведением и соблюдением светских приличий. Тем более, Дантес как-то "специально" за ней не ухаживал, а под конец даже женился на ее сестре.
2. Дуэль не была спонтанной, конфликт развивался три месяца и в него было замешано гораздо больше лиц, чем трое + секунданты. Это дает предполагать, что не все было так "просто".

Вообще же, предыстория самой знаменитой дуэли в русской истории и культуре производит впечатление сложной интриги. Иногда даже кажется, специально и искусственно усложненной. Пушкинисты, написавшие по этому поводу огромное количество работ, проштудировавшие массу материалов, часто не вычисляют каких-то очевидных причин: море действующих лиц, из которых Дантес часто кажется "статистом", которому оставалось только нажать на курок, сами действия Пушкина, какие-то подложные письма. Сам факт, что Пушкин первоначально прислал письмо-провокацию не Дантесу, а его "приемному отцу" (скорее всего, "мужу";) Геккерну, который, в силу своего статуса чрезвычайного и полномочного посла Нидерландов, стреляться с ним не мог. Еще - факт того, что о дуэли Пушкина знали заранее и Третье Отделение, и Николай Первый. Знали, но не предотвратили. Якобы "досадная ошибка" - Черных речек в СПб две, и жандармы отправились в Екатерингоф. Если бы дуэль действительно хотели предотвратить, то, надо полагать, Бенкендорф бы отправил два отряда жандармов вместо одного - в обе стороны. Ну и участие в этом деле лично императора. Довольно жесткие меры к Дантесу.


Иллюстрация к "господствующей версии". Здесь есть все.

Собственно, виноватого в трагедии называет написавший по горячим следам стих Лермонтов - это "весь свет", "надменные потомки подлостью прославленных отцов", "свободы и равенства палачи" - в общем, указывается, что Пушкина хотели убить власть предержащие. А за что? Лермонтову, как и исследователям, жившим при историческом материализме, было ясно - за вольнодумство, свободу, за то, что "самый умный, что ли?" - в общем, "камарилья" не может не убивать "все самое хорошее и светлое". Такие вот маньяки, эти николаи, бенкендорфы, нессельроде и всякие прочие господа. Они гнобили и курощали, заставляли являться при дворе и тратить огромные деньжища жене на шелка и кашемир, камер-юнкером сделали, хоть ему было уже хорошо за тридцать, а это придворное звание полагалось юнцам безусым. А потом убили.


"Le roi fait a battre tambour" - сюжет французской песенки о том, как король послал на смерть своего подданного, чтобы овладеть его женой, оживает в декорациях 1837-го.
После исторического материализма появилась версия куда "смачнее". Похотливый Николай Первый ужасно хотел трахнуть Натали, но Пушкин ему мешал. Что делать? Конечно же, пользуясь неограниченной властью, убить соперника. Для верности Дантеса поддерживал снайпер с ружьем наперевес, засевший "за гаражами" и произведший критический выстрел.

Версия не выдерживает никакой критики по иной причине, чем "каноническая". Если "канон" предполагает, что "подлые интриганы" таковы, потому что представляют силы зла и просто не могут не вредить - без мотива, "просто так", то "версия с клубничкой" заставляет вопрошать: а зачем царю создавать такую сложную интригу для прикрытия "интрижки", "василькового дурачества"? Потому что он тоже "плохой-плохой"? Зачем Николаю бояться соперника, которого он прибрал под свой контроль еще до женитьбы оного? Указывают на содержание дипломов, присланных анонимно всем друзьям Пушкина - поэта посвящают в "командоры ордена рогоносцев", упоминая, что до него это звание носил камергер Д.Л. Нарышкин, муж постоянной фаворитки покойного Александра Первого. И, якобы, после этих намеков Пушкин и разъярился до того, что написал гневное письмо в адрес - нет, не Дантеса, а Геккерна. Который драться не мог по определению. К слову, дуэль Пушкина с Дантесом тоже была не совсем по правилам, так как они несколько месяцев как состояли в родстве, а конфликты родственников настоятельно советовали улаживать не так кроваво. Пушкин, мол, был уверен, что анонимки сочинил Геккерн. Отсюда и вызов. До сих пор историки сличают почерки, пытаясь вычислить истинного автора. При этом сам Пушкин не верил в измену жены с кем бы то ни было. И тут дело не в прекраснодушии. Скорее всего, Наталья Николаевна и впрямь не при чем. И по мелочи - куда же должен спрятаться снайпер, чтобы попасть наверняка? Где он взял винтовку с оптическим прицелом? Или то был попаданец из 20 века на службе Третьего отделения :-) (но попаданец бы такой "заказ" не принял).

Ну и мистическая версия - не без изящества, конечно. Пушкин переживал кризис среднего возраста, совпавший с творческим кризисом (в последнем, опять-таки, винят злую "камарилью" и отчасти Натали, которая не хотела никуда ехать с мужем в Болдино или Михайловское, где он мог бы сосредоточиться над творчеством, а хотела "фигурять на балах", требовала много денег, к тому же, наплодила кучу детей, а квартира была мала...). Подумал, что неплохо бы "поставить точку" над жизнью. Самоубиваться он не хотел. На войну его не пускали (да и что бы он там делал?). Здоровье у него было на редкость крепким. Но, как человек творческий и имеющий африканские корни (а, надо сказать, африканцы и их потомки - редкостные мистики, у них это в крови и культуре; недаром вуду - единственная "работающая" магия современности), он верил в символы и знаки, гадалок и экстрасенсов. Одна из них предсказала ему смерть от "белого человека". Первоначально Пушкин грешил на Воронцова, тк о ту пору конфликт с генерал-губернатором Новороссии развивался вовсю. Думал, пошлет его высокий блондин граф в смертельную миссию, и все. По этой версии, появление Дантеса, эффектного статного блондина, да еще носившего парадную белую форму кавалергардского полка, дало Пушкину возможность поверить - вот она, его смерть. И он "самоубился" о Дантеса. Версия хороша, если вы верите в мистику и предопределение. Но против нее - вся вот эта интрига. В принципе, дуэль Пушкин мог бы спровоцировать мгновенно - у него был обширный опыт таких провокаций. А не тянуть историю на три месяца.

Так что дело ясное, что дело темное. Я попытаюсь изложить свою версию того, что могло бы произойти. Она, по-моему, весьма небанальна. И никого не дискредитирует.







@темы: классика, литература, скандалы

18:58 

Классика жанра. Кража, судья, прокурор, коммерсанты и даже проститутка.

Сразу скажу, что история - позитивная и с хорошим концом.
Откуда я ее узнал? В комнате ожидания в одном исправительном учреждении.

(Фото случайное, из интернета)

Пришел я как-то передачу одному инвалиду передать. А народа в комнате ожидания было столько, что толпились в помещении стоя, как в троллейбусе в час пик, расставив баулы и сумки вдоль стен. Я пробрался в угол и, усевшись на случайно освободившееся место на лавке у стены, взял в углу из стопки старых-старых специально для ожидающих выложенных книг первую попавшуюся.
И стал ждать. Невольно слушая рассказы и прибаутки родственников и друзей заключенных..
А ждать пришлось долго, как никогда до этого.
В общем, пересказываю историю.
У судьи из дома пропали золотые часы.В эту комнату перед этим входил только двое - племянник судьи (он же - его помощник) и фермер, которому по делам, не имеющим отношение к судейским делам, судья задолжал денег. По расписке. И три года долг не возвращал уже. Вот по поводу этого долга фермер и приходил.
Кстати, часы - не купленные, на взятку от какой-то вдовы полученные. Но дорогие!
Короче, началось следствие. И фермер в краже признался.


А часы-то украл племянник! И проиграл их. Из ломбарда они оказались у одного чиновника. Который подарил их своей любовнице. А она их в прокурору подарила, чтобы помог ей на отца повлиять, чтобы тот.. Неважно что не так сделал отец проститутки.
Да вот только прокурор на суд над фермером пришел с этими часами.
И судья, который там был не судьей, а потерпевшим, эти часы-то узнал!
И вся цепочка похождения часов выяснилась и к племяннику и привела.
В итоге, фермера оправдали. Правда расписка о долге от судьи пропала. А на племянника дела заводить не стали. Свой человек - племянник судьи. И его помощник.
Для тех, кто уже готов ругать нашу судейскую и следственную систему (а также, настроенных кричать, что так не бывает), сообщаю. История эта была опубликована Н.И.Новиковым, выдающимся русским просветителем и писателем в 1769 году.
Я же в самом начале сказал, что "взял в углу из стопки старых-старых специально для ожидающих выложенных книг первую попавшуюся.."
Просто попалась мне книга "Русский фельетон", 1958 года издания.
Кому лень искать по интернету, рассказ здесь:

Господин издатель!
Ты охотник до ведомостей, для того сообщаю тебе истинную быль: вот она.
У некоторого судьи пропали золотые часы. Легко можно догадаться, что они были не купленные. Судьи редко покупают; история гласит, что часы по форме приказной с надлежащим судейским насилием вымучены были у одной вдовы, требующей в приказе, где судья заседал, правосудия, коего бы она, конечно, не получила, если бы не вознамерилась расстаться против воли своей с часами.
В комнату, где лежали часы, входили только двое, подрядчик и племянник судейский, человек приказной и чиновный. Подрядчик ставил полные два года в судейский дом съестные припасы, за которые три года заплаты денег дожидался. Правда, имел он на судью вексель, но помогает ли крестьянину вексель на судью приказного, судью, может быть, еще знатного? Редко вексель Действие имеет, где судьи судью покрывают, где рука Руку моет, для того что обе были замараны. Подрядчик, хотя невеликий грамотей, однако про это знает, и для того пришел просить судью о заплате долгу со всякою покорностию, и в то-то самое время часы пропали. Племянник судейский, хотя мальчишка молодой, но имеет все достоинства пожилого беспорядочного человека, играет в карты, посещает домы, где и кошелек опустошается и здоровье увядает. Не было собрания мотов вне и внутри города, где бы он первый между прочими бездельствами пьян не напивался. Правосудию он учился у дяди, которого, пришедши поздравить с добрым утром, украл и часы, о коих дело идет.
Худой тот судья, который чрез побои правду изыскивает, а еще хуже тот, который всякие преступления низкой только породе по предубеждению приписует, как будто бы между благорожденными не было ни воров, ни разбойников, ни душегубцев. Случающиеся примеры противное доказывают, и один прощелыга, обращающийся довольно в свете, утверждает, что больше бездельства и беззакония между дворянами водится, нежели между простым народом, называемым по несправедливости подлостью. Подлый человек, по мнению его, есть тот, который подлые дела делает, хотя б он был барон, князь или граф, а не тот, который, рожден будучи от низкостепенных людей, добродетелью, может быть, многих титлоносных людей превосходит.

Кто добродетелью превысит тьму людей,
Не знает славнее породы тот своей.

Судья, хватившись часов и не находя их, по пристрастию рассуждает про себя так: "Я хотя и грабитель в противность совести и государских указов, однако сам у себя красть не стану; племянник мой так же не украдет: он человек благородный, чиновный, а пуще всего мой племянник. Других людей здесь не было; конечно, часы украл подрядчик, он подлый человек, мне противен, я ему должен". Заключил, утвердился и определил истязывать подрядчика, хотя сего делать никакого права не имел, кроме насильственного права сильнейшего.
Г. издатель! Видно, что сей судья никогда не читывал книги о преступлениях и наказаниях (des délits et des peines), которую бы всем судьям наизусть знать надлежало. Видно, что он никогда не заглядывал в те указы, кои беспристрастным быть повелевают. Рассуждая по сему и по многим другим подобным судьям, кажется, что они такие люди, кои уреченные только часы в приказах просиживают, а о прямых своих должностях, как о сирском и о халдейском языках, не знают. О просвещение, дар небесный, расторгни скорее завесу незнания и жестокости для защищения человечества! Уже страдает подрядчик под побоями судейскими, и плети, отрывая кожу кусками, адское причиняют ему мучение. Чем больше невинный старается оправдать себя клятвами и призыванием бога во свидетели, тем сильнее виноватый повелевает его тиранить; чем больше подрядчик просит, плачет и стонет, тем безжалостнее судья усугубляет его мучение, Бедный подрядчик, чувствуя свою душу, приближившуюся к гортани и скоро из уст выйти хотящую, не имея силы больше переносить мучения, принужден был, наконец, признаться в похищении часов судейских и чрез то прекратил чинимую над собою пытку.
Не столько любуется щеголиха новомодным и в долг сделанным платьем, в коем она в первый раз на гульбище под Девичий монастырь для пленения сердец поехала, не столько радуется господчик Стозмей, когда ему удастся сделать вред кому-нибудь из тех, коих он для глупой своей любовницы по пристрастию ненавидит, не столько восхищался Злорад при представлении гадко переведенной своей комедии, не столько веселится монах, когда случится ему светское что-нибудь сделать, как порадовался наш судья подрядчикову мнимому воровству, ибо он уповал не только не заплатить того, чем он подрядчику был должен, но еще подрядчика сделать себе должным. В самом деле, в ту ж минуту со всем судейским бесстыдством наблюдатель правосудия сделал следующее предложение подрядчику: "Если ты не согласишься тотчас изодрать моего векселя и не дашь мне на себя другого в двух тысячах рублях, то ты будешь за воровство свое в трех застенках и сослан на вечную работу в Балтийский порт. Все сие с тобою исполнится непременно, я тебя в том честным, благородным и судейским словом уверяю. Но если сделаешь то, чего от тебя между четырех глаз требую, то будешь сей же час свободен и твое воровство не пойдет в огласку, а для заплаты двух тысяч рублей даю тебе сроку целый год; видишь, как с тобой человеколюбиво и христиански поступаю; иной бы принудил тебя заплатить и пять тысяч рублев за твое бездельство, да еще и в самое короткое время".
Истерзанный подрядчик, обливаяся слезами и произнося все на свете клятвы, старается сколько можно доказать свою невинность, и признание в краже, говорит он, учинил для того, чтоб избавиться хотя на минуту несносного мучения; уверяет, что не только не может он заплатить в год двух тысяч рублей, требуемых неправедно, но что все его имение почти в том и состоит, чем его превосходительство ему должен, что, получивши сей долг, располагал он заплатить положенный на него государев и боярской оброк, а потом себе, жене и мало-летным своим детям нужное доставить. От сих слов пылает наш судья гневом и яростью и невинного подрядчика в свой приказ, яко пойманного вора и признание учинившего, при сообщении отсылает. Весьма скоро отправляются дела в тех приказах, в коих судьи сами истцами бывают, и редко случается от прочих судей противоречие в том, что одному из них надобно, хотя бы то было Аовсем несправедливо. Собака собаку лижет, и ворон ворону глаз не выклевывает. В тот же самый день определение подписано было всеми присутствующими, чтоб допрашивать подрядчика под плетьми вторично, и в тот же самый день сие бы исполнено было, если бы к счастию подрядчика не захотелось судьям обедать, ибо был второй пополудни час и если б на другой день не было вербного воскресения, и по нем страстной и святой недель, в коих не бывает присутствия.
Подрядчик, заклепанный в кандалы и цепь, брошенный со злодеями в темной погреб, плачет неутешно, а с ним купно рыдают жена его и дети; слезы его тем обильнее текут, чем больше уверен он во своей невинности, а вор, племянник судейский, в то самое время рыская по городу, присовокупляет без наказания к прежним злодействам еще новые бездельства. Украденные часы проиграл он некоторому картошному мудрецу, который со всеми своими в картах хитростями беднее еще русских комедиантов. Картошный мудрец заложил их на два дни одному титулярному советнику, который по титулярной своей чести и совести только по гривне за рубль на каждый месяц процентов берет. Советник продал их в долг за двойную цену одному придворному господчику, который имеет в год доходу три тысячи рублей, а проживает по шести, надеясь, что двор заплатит все его долги за верную и ревностную службу, которая состоит в том, что, будучи дневальным, раздаст иногда кушанье, да и то непроворно и неопрятно. Придворный господчик подарил их своей любовнице, всеми чувствами его ненавидевшей, которая в неделю святой пасхи отдала оные, вместо красного яйца, прокурору того приказа, где содержался подрядчик, чтоб г. прокурор постарался утеснить ее отца, от которого она убежала.
По прошествии праздников заседания в приказах началися, и день для подрядчикова истязания и освобождения, наконец, настал. Судьи съехались, подрядчик к мучению был уже приведен, как прокурор, приехавши после судей и удивившись раннему их съезду, вынул часы для проведания времени. Судья истец и другие присутствующие тотчас узнали украденные часы и без всех справок положили, что подрядчик оные продал той особе, от которой их прокурор получил, а чтоб подрядчика доказательнее в воровстве обличить, то отправили секретаря у оной госпожи взять расписку в покупке часов у подрядчика, коего между тем начали под побоями допрашивать о следующем: "Не был ли кто из богатых купцов с ним в умысле? Не крадывал ли он и прежде сего? Кому продавал краденные им вещи? и пр.". Расспросы сии делались, как сказывают, для того, чтоб из безделицы сделать великое дело, которое бы, может быть, никогда не вершилось и чтоб ко оному припутать зажиточных людей, от коих можно бы было наживаться.
Покамест секретарь о путешествии часов осведомлялся, подрядчик мучимый насказал то, чего никогда не делал, и допросы, в трех тетрадях едва умещенные, показали ясно, сколь много лишнего в приказах пишут, что не всегда нужны побои ко изысканию злодеяния и что один золотник здравого судейского рассудка больше истины открывает, нежели плети, кошки и застенки.
Удивились судьи, когда секретарь донес и доказал, что часы у дяди своего украл племянник, а читатель беспристрастный удивится еще больше тому, что приказной секретарь не покривил душою и поступил совестно, но паче всего должно дивиться решению судейскому с тем мотом, который украл часы, и с невинным подрядчиком, дважды мучимым. ПРИКАЗАЛИ: вора племянника, яко благородного человека, наказать дяде келейно, а подрядчику при выпуске объявить, что побои ему впредь зачтены будут.
Повесть сия доказывает, г. издатель, что ничего нет для общества вреднее глупых, корыстолюбивых а пристрастных судей, на которых прошу тебя написать такую колкую сатиру, чтобы они все, устыдившись своего невежества, старались быть таковыми, какими им быть повелевают честь, совесть и государские законы.

Покорный твой слуга
N. N.
Москва 1769 году.
или здесь

Мне другое интересно.
Как среди кучи книг из самой середины я случайно вытащил именно эту?
Как наобум, сразу после первого рассказа (кстати, А.П.Сумароков "О думном дьяке, который с меня взял пятьдесят рублев", 1759 года), я открыл именно этот рассказ про кражу часов?
Что это?





@темы: байки, Россия, русское, общество, мораль, люди, личности, литература, история, Опрос, ирония

23:03 

НАД МОРЕМ ,,,НИКОЛАЙ ЗАБОЛОЦКИЙ

Оригинал взят у chatcher2012 в НАД МОРЕМ ,,,НИКОЛАЙ ЗАБОЛОЦКИЙ
div align="center">




*** над мореи

Лишь запах чабреца, сухой и горьковатый,
Повеял на меня - и этот сонный Крым,
И этот кипарис, и этот дом, прижатый
К поверхности горы, слились навеки с ним.
Здесь море - дирижер, а резонатор - дали,
Концерт высоких волн здесь ясен наперед.
Здесь звук, задев скалу, скользит по вертикали,
И эхо средь камней танцует и поет.
Акустика вверху настроила ловушек,
Приблизила к ушам далекий ропот струй.
И стал здесь грохот бурь подобен грому пушек,
И, как цветок, расцвел девичий поцелуй.
Скопление синиц здесь свищет на рассвете,
Тяжелый виноград прозрачен здесь и ал.
Здесь время не спешит, здесь собирают дети
Чабрец, траву степей, у неподвижных скал.
Николай Заболоцкий стихи ***





iгнездо159753 (700x466, 76Kb)
iГНЕЗДО40213 (700x420, 74Kb) ЛАСТОЧКИНО ГНЕЗО



@темы: лирика, литература

21:59 

Ну что, уделали Маргарет Митчелл? Так и надо...

Оригинал взят у rainhard_15 в Ну что, уделали Маргарет Митчелл? Так и надо...


Оригинал взят у rayne_minstrel в Первый фанфик в истории русской литературы!
А вообще, круто, когда персонажи ожили и делают историю.
Оригинал взят у shakko_kitsune в Продолжение «Евгения Онегина»: «Сцены из частной жизни в 1829 году, или Прекрасная Татьяна»
Малоизвестный факт из истории русской литературы: в 1848 году некий анонимный писатель, предположительно Фаддей Булгарин, издал продолжение романа "Евгений Онегин". Книга называлась «Сцены из частной жизни в 1829 году, или Прекрасная Татьяна».

prekrasnaya tatiana 1848.jpg

Вкратце перескажем основные сюжетные линии романа.
Действие начинается зимой 1825 года, несколько месяцев спустя после последнего разговора Татьяны и Онегина, который состоялся весной того же года. Мы видим Татьяну и ее супруга-генерала в их богатом поместье, где Татьяна счастливо нянчит младенца, появившегося на свет несколько месяцев назад. Из этой сцены догадливый читатель понимает, что отказ Татьяны ответить на любовь Онегина имел под собой не только психологические, но и физиологические причины. Она очень счастлива, муж тоже, ребенка крестили Александром. Неожиданно семейную гармонию прерывает нарочный из Петербурга с известием о восстании декабристов на Сенатской площади. Генерал немедленно выезжает в столицу.

Далее глава посвящена судьбе декабристов. Евгений Онегин -- друг меланхолического Якушкина с цареубийственным кинжалом, хромого Тургенева, дерзкого Лунина и т.д., разумеется -- участник заговора. Хотя и не очень серьезно замешан, и в момент восстания в Петербурге отсутствовал. Как гласит приговор, он "принадлежал к тайному обществу, хотя без полного понятия о сокровенной онаго цели относительно бунта, и соглашался на мятеж". В итоге Онегин был осужден по 10-му разряду и определен солдатом в полевые полки Кавказского корпуса -- как военный, а не светский (потому что за прошедшее лето он успел вступить в армию).
Но Татьяна переживает тяжелые дни совсем по другой причине -- её мужа, князя Михаила Болконского, также вызывают на допрос (в романе фамилия мужа не такая, как в опере Чайковского).
Ведь среди декабристов  подозрительно много его друзей и родственников: помимо упомянутого Онегина, это Пьер Безруков и Николай Толстов, которых лишают дворянства и ссылают в Сибирь (жены следуют за ними в ссылку).

Однако все кончается для семьи Болконских благополучно, подозрения с генерала сняты.

Там временем Онегин, ставший солдатом, оказывается на Кавказе, чтобы воевать с горцами. Но практически сразу по прибытии он получает ранение, несовместимое с военной службой (теряет ногу), и остается на поселении в Пятигорске, не в силах показаться в светском обществе, поскольку теперь не может как следует носить модные панталоны и фрак с жилетом. Там он знакомится с 15-летним корнетом, умным, аристократичным и нагловатым Гришей Печориным, который приходится ему четвероюродным братом по третьему браку сестры его бабушки, старой картёжницы, графини ***.  Они становятся друзьями, юноша с восторгом перенимает холодные изысканные манеры Онегина, подражает его дендизму и слушает рассказы о блестящем светском Петербурге. Онегин, в душе надеясь искупить свою вину перед погибшим Владимиром Ленским, балует Печорина и нежно привязывается к нему.

В следующей сцене мы видим Ольгу, в девичестве Ларину, и ее мужа-улана. Они живут в Ельце, в пыльном и грязном гарнизоне. Ольга бедна и несчастна, муж пьет и играет. Впрочем, эпидемия дизентерии, навестившая Елец, вскоре превращает Ольгу во вдову. У нее нет ни копейки денег и, пожив немного у матери в деревне, она с радостью соглашается приехать к сестре в ее княжеский дворец в Петербург и понянчиться с племянниками, которых уже двое. Второго сына назвали Николаем. (Это, кстати, доставляет некоторые неудобства -- потому что добросердечная Татьяна взяла на воспитание родственника мужа, подростка Николая Андреевича Болконского, оставшегося без присмотра после того, как его опекунша, тетка графиня Марья Николаевна Толстова поехала за мужем во глубину сибирских руд).

Итак, вдовица Ольга с заплаканным лицом и в заплатанном платье приезжает на берега Невы. Но под присмотром любящей сестры и ее французской портнихи, которая держит модный магазин на Невском, быстро приходит в себя, и следы слёз изглаживаются с ее щек. Наряженная по последней моде, она выходит вместе с сестрой Татьяной в свет -- они надеются, что ее красота приобретет ей нового супруга. На одном из балов Ольга, красивая, как эта глупая луна на этом глупом небосклоне, привлекает внимание императора Николая I, который питал склонность именно к красивым глупышкам (поэтому интроверт-интеллектуалка Татьяна ему как женщина и не интересна). Император и блондинка быстро находят общий язык: Ольга счастлива от оказанной ей чести, вдобавок, император необыкновенно обаятелен. Она получает назначение ко двору -- не фрейлиной, конечно (туда берут только незамужних), но тоже на виду. Благородная Татьяна не догадывается о причинах чести, оказанных ее сестре, и думает, что это лишь из-за близости ее мужа князя Михаила Болконского ко двору.

А в Пятигорске Онегин, несмотря на потерю ноги, живет более счастливой жизнью, чем раньше: хандра пропала. Более того, в его израненном сердце пробиваются первые ростки новой любви -- его внимание привлекает 18-летняя красавица, дочь полкового командира Чичикова, чье задумчивое лицо напоминает ему черты Татьяны. Она периодически приходит в его дом вместе с маменькой -- навестить "несчастного инвалида", который на самом деле еще достаточно молод, хорош собой и блещет остроумием. Онегин обсуждает с 17-летним Печориным, есть ли у него шансы на счастье, юноша смеется над робостью старшего друга и говорит, что ожидал от него большего цинизма и предприимчивости, а эти розовые сопли заставляют Печорина разочароваться в нем, как в ролевой модели.

Император Николай I спустя почти год охладевает к Ольге: его внимание привлекает красавица-жена одного свежего камер-юнкера. Чтобы убрать экс-любовницу от двора, он находит ей богатого (но не родовитого) мужа -- некого Сквозник-Дмухановского, и обещает снабдить хорошим приданым. Бедная Ольга за это время успела без ума влюбиться в осанистого красавца-императора. Она рыдает. Татьяна застает плачущую сестру в одной из комнат своего дворца и из ее рыданий с ужасом узнает о связи Ольги с императором. Татьяна оскорблена и разочарована в Николае I, к которому питала глубокую симпатию и уважение. Она отправляется к мужу и требует от него переезда из Петербурга куда угодно, лишь бы больше не жить в этом лицемерном свете. А генерал как раз обдумывает, соглашаться ли ему на назначение на Кавказ.

Большая семья Болконских отправляется на юг. В Пятигорске Татьяне рассказывают трагическую историю, случившуюся несколькими месяцами ранее. Юный наглец Печорин скомпрометировал (на самом деле вообще совратил и довел до беременности) юную Чичикову, в которую был нежно и болезненно влюблен его старший друг Онегин.
До глубины души оскорбленный предательством друга, Онегин вызвал юношу на дуэль -- и тот, бесчувственная сволочь, согласился стреляться с одноногим инвалидом! Они держали этот поединок втайне, никто не успел остановить их. Онегин погиб.

Татьяна посещает могилу Онегина под густым кипарисом, немножко плачет по несбывшемуся. Но прошло уже так много лет... и она так спокойно счастлива со своим спокойным, благородным, умным мужем. И все же сердце ее немного взволновано, кровь чуть вскипела от воспоминаний о сладком томлении любви, которое она не испытывала так давно.

Несколько месяцев спустя в Тифлисе, в резиденции генерал-губернатора она знакомится со возвращающимся из Персии блестящим дипломатом, Александром Андреевичем Чацким, человеком глубокого ума, говорящим на 12 языках, благородным и честным, сделавшим невероятно много для России. Ему за тридцать, его сердце разбито, ему кажется, что больше он никогда и никого не полюбит. Но за умными разговорами с Татьяной -- супругой генерал-губернатора -- он вдруг понимает, что встретил ту самую женщину... К своему ужасу Татьяна вдруг тоже осознает, что сердце ее начинает биться быстрее в ожидании встречи с Александром Андреевичем, пусть самой мимолетной.

Роман кончается сценой, в которой Чацкий приходит проститься с Татьяной накануне своего отъезда в Петербург. Он хочет было признаться, что знакомство с ней переменило его жизнь, но не решается. Однако внезапно они встречаются глазами и читают во взглядах друг друга истину. Чацкий кланяется и уходит. Татьяна бежит к мужу в кабинет и просит его как можно дольше оставаться на Кавказе. На этом книга заканчивается. Однако в послесловии автор обещает продолжение, если читатель благосклонно примет сие сочинение.

***

Роман был напечатан подпольно тиражом 1 тыс. экземпляров (достаточно большой для того времени). Однако на него немедленно обратила внимание цензура -- чересчур обильное упоминание декабристов, а также вольные шуточки про личную жизнь императора были недопустимы. Вдобавок, вдова Пушкина подала жалобу на нарушение авторских прав. Экземпляры были арестованы и сожжены.

Сохранилось лишь несколько копий, одна из которых хранится в РГБ, другая в библиотеке Московского университета (хотя после переезда библиотеки с Моховой на Воробьевы ее никто не видел). Также нагуглила, что третий экземпляр всплыл в 2015 году на аукционе MacDougall's (торги 8 ноября, Лондон, лот 94), где был продан анонимному покупателю за 1700 фунтов стерлингов.

***

Google Books пока еще не оцифровала книгу (стоит в очереди на ноябрь 2017 года), однако приведем цитату из романа, свидетельствующую о том, что забвение эти «Сцены из частной жизни в 1829 году, или Прекрасная Татьяна» заслужили вполне справедливо:

Заходит Ольга цепенело,
Взята сестрою на буксир,
От страха холодеет тело,
Не греет шали кашемир.
Но блеском бала ослепленна,
Она пришла в себя мгновенно.
Сверканием опьянена,
Во все мундиры влюблена,
И зрит чудесное явленье --
Из бальных толп вдруг вышел царь,
Он же почувствовал томленье,
Увидев ольгины уста.
И адъютанта быстро шлет,
На вольный вальс ее зовет.


(с) Софья Багдасарова








@темы: кроссоверы, литература, рекомендации

18:17 

Из прочитанного... «Хроника сердца» Георгия Буркова. 1970-е годы

Оригинал взят у tvsher в Из прочитанного... «Хроника сердца» Георгия Буркова. 1970-е годы
Продолжаю публикацию цитат из книги Георгия Буркова «Хроника сердца». Начало здесь.


hqdefault.jpg

Эту часть мне не хотелось бы комментировать, ибо и так мысли выражены довольно чётко и понятно, во всяком случае для меня. Хотя нет, всё же скажу. Всё, что написано Бурковым почти 40 лет назад звучит ой как современно. Только сейчас вместо термина "мировая революция" употребляется термин "русский мир"... А ещё говорят о "русской миссии", "русской духовности", которая превыше прочих... Агрессивность налицо: все плохие, только одни "мы" хорошие - самые умные, самые сообразительные, самые душевные и добрые, ну просто самые-самые... бла бла бла...

1971
Гибнут лучшие, умнейшие, мужественнейшие представители человечества за лучшие (призрачнейшие, ограниченные уже в зародыше) идеалы. Гибнут лучшие, побеждают посредственные продолжатели лучших. Наихудшие представители старой системы убивают наилучших представителей будущей системы. Середняк сохраняется при любой системе. Это по линии общественной, по линии политической. Личность вне системы всегда. Личность — это свобода мышления без учета выгоды для общества и для себя.

1973
Смешно получается. Мчусь по дороге тщеславия вместе со всеми, понимая, что это бессмысленно. И продолжаю мчаться. Впереди маячит карьера, ласка правительства. На последнее мы все очень рассчитываем. Но вперед вырваться не могу: мешают юмор и водка. Дыхание сбивают. Ну, а это для марафонца гибель. Самое смешное заключается в том, что я понимаю: не в ту сторону бегу. Но в одиночестве скучно, я люблю компанию. Вот и бегу с «людьми».

Я даже понимаю, что и бежать-то не надо. Просто идти спокойно, своей походкой, чтоб не выглядеть смешным.

1974
Власть (и при помощи эстетики тоже) хочет встать между художником и народом, играть при этом роль не просто посредника, но и захватчика. Художнику Власть внушает, просто приказывает, что нужно для народа, а народу приказывает, какая духовная пища ему нужна и полезна. Одним словом, Власть хочет такого искусства, которое поможет ей, Власти, остаться наверху. И чтоб искусство это походило на настоящее. «Чтоб золотая рыбка служила у меня на посылках».

…О воспитании.
Предъявлять самые высокие требования с ранних лет. Нет ничего опаснее пытаться воспитывать взрослого человека. Взрослый может внутренне ужаснуться собственной бедности. Он поймет, что надо перестраивать кое-как наладившуюся уже жизнь, и откажется даже от попыток предпринимать что-либо. Он станет настаивать на своей безграмотности. И ты, искренне пожелавший помочь человеку выйти из тьмы, станешь его заклятым врагом. Он станет мстить тебе за собственную безграмотность и окостенелость. К сожалению, союзников у него найдется предостаточно…

Чем больше я знакомлюсь с подробностями разворачивающихся событий в Китае, чем больше я вникаю в характер отношений в нашем искусстве, тем ясней для меня становится, что я свидетель процессов необратимых, что я современник тех безответственных элементов, которые посягнули на свободу народную и добились успеха. «Народ не обманешь» или «Истина восторжествует» — это просто слова, еще более обманчивые, чем те, которые произносятся людьми, сидящими наверху сейчас. Идея не состоялась. Бандиты будут играть с народом еще долго в завинчивание гаек и в выпускание пара, но никогда никаких искренних движений души по отношению к народу у них не будет. Расстаться с иллюзиями! Решительно и навсегда! Жить (даже изворачиваться) ради истины.

1975
Я не хочу признания от потомства! Ради него свершаются чудовищные вещи. Я не хочу, чтобы праздновали мой день рождения через 1000 лет, чтобы праправнук моего палача говорил на моей могиле хвалебные слова. Он виноват не менее своего прапрадеда. Просто я не хочу, чтобы мое имя использовалось против кого бы то ни было.

Сталинские репрессии имеют массу «положительных» результатов. Говорят, что Сталин уничтожил потенциальную пятую колонну накануне войны с Гитлером. Люди говорят об этом с горячей, что удивительнее всего, убежденностью. Искренне говорят! Всякое массовое уничтожение людей есть война. Называйте ее, войну, как хотите. Хоть «миссией мира» или «борьбой за мир». Возникновение христианства тоже породило несметное количество религиозных побоищ. Человечество шло к своему светлому будущему через море человеческих страданий. Но не к покою и радости, а к еще более страшным, к изощренным страданиям.

Война стала самоцелью и единственной формой жизни на Земле. Она охватила все области человеческой деятельности! На войну работают заводы, швейные фабрики. Строятся дороги, философы обосновывают необходимость военных приготовлений и военизирования общества, поэты, художники, артисты, композиторы привыкли к войне, как американцы к жвачке. Война — проверенное средство прогресса, война — благо. Война универсальна. В ней спасение от всех несовершенств и противоречий.

Безработный.
Существует ли в Советском Союзе безработица? Да. Но это настолько скрытое и самообычное явление, что, скажем, в критической статье или в социологическом исследовании его не ухватишь словами и, стало быть, не укажешь пальцем на него. Советский безработный не одинок. Существует хорошо законспирированная и мощная организация безработных. Сразу следует оговориться, что я вовсе не имею в виду разного рода жуликов, проходимцев, алкоголиков, просто попрошаек, наконец. Речь идет о явлении необычайном и сложном.
Безработица возникла вместе с советской властью. Но в момент своего зарождения она была настолько незаметной и несформировавшейся, что будто бы ее и вовсе не было.

Безработица, о которой я веду речь, родилась из демагогии, которая поразила страну, как стихийное бедствие, как чума. Сейчас, кажется, самое время сказать о том, что настала пора заново пересмотреть нашу историю и назвать, наконец, все своими именами...

«Учение» Христа прекрасно и наивно. Ставить его в общий ряд нравственных бойцов не хочется. Рука не подымается. Да и не мое это дело, а государственное. Я как художник обязан защитить его от государства. Государство любит стандартизировать. Государство любит всех, кто ниже его. Особенно раздражают его отдельные личности, отбивающиеся от стада. «Жить в обществе и быть свободным от него». У меня другой счет, я живу в другом обществе: Христос, Платон, Сократ, Шиллер, Вийон, Разин, Пушкин, Гоголь, Достоевский, Толстой, Булгаков, Гегель, Станиславский, Есенин, Шукшин. Мы редко встречаемся: например, я с Ш. Но это общество освобождает меня от жизни в другом обществе — в государственном. У меня другой счет времени, у меня другие отношения с людьми. Нравственная теория относительности. Я бы не сказал, что в нашем обществе жить легче, нежели в государственном. Скорее наоборот. Но я никогда не откажусь от своего общества. Да и не в моих это силах. Пока существует мое общество, государство не может быть наглым до конца в своей лжи. Государство эфемерно и идеалистично, но хочет быть реаль-ным и вечным. Мое реальное общество мешает утвердиться государству. Нас объявляют элитой, обвиняют в высокомерии и во всех смертных грехах. Смешно, ей-богу. Наше общество всем и каждому открыто. Но вот поди ж ты, люди боятся быть членами этого общества. Вовсе не обяза-тельно быть исключительными. Даже, наоборот, — единственное требование общества людей: не будь рабом, будь тем, кем ты призван быть на земле, будь человеком. Но именно это-то и есть самое, пожалуй, трудное: потому что государство, порабощая людей, одновременно присваивает себе право поднимать ничтожество до исключительности. Страшно и смешно говорить, но многие, очень многие, ждут этой милости, обрекая все здоровое и творческое в себе на бездействие и засыхание. Так ничтожество создает само из себя иллюзию жизни. Парадокс в том, что на всю эту идеологическую канитель тратится уйма человеческой, истинной энергии... «быть свободным от общества нельзя».

У меня нет Родины, ибо у раба ее не может быть. Но если она у меня есть, то внутри меня, и так у многих. Но мы живем на чужой территории, нашу Родину оккупировали коммунисты. Это не татаро-монголы, это свои, и, пожалуй, в этом секрет их успеха. Они нас заставили быть чужими. Они приписывают нас к одному месту, но не к тому, где ты родился и вырос. Малая родина — этот бандустан, явление обманчивое, лживое. И о нем позже.

Мы — лимитчики, т.е. профессиональные штрейкбрехеры. Предательство, зависть — давно стали частью Имперской политики коммунистов.
И никогда коммунисты не представляли интересы рабочего класса. Никогда. В основном это осколки и неудачники из всех слоев русского общества. Они истребили основу — крестьянство и интеллигенцию. Теперь их можно уговорить, умолить уйти с исторической сцены, но не истребить, не рассчитаться за содеянное. Неправда, что это уже другие люди. Это идеологические дети тех, первых, Бесов. Но их уничтожить нельзя еще и потому, что они — это мы. Наиболее агрессивных (подавляющее большинство!) придется долго уговаривать вернуться в подполье. А потом терпеть их террор (жертвоприношение! Но не то, о котором говорил робкий Тарковский), как сейчас мы терпим рэкет и др. уголовщину. Это наши дети, братья, сестры.
И так будет всегда!

1976
Несмотря ни на что у нас, видимо, действительно существует диктатура рабочего класса. Вернее, диктатура от имени рабочего класса. Все дело заключено в духе диктатуры, в уровне культуры, во вкусе и т. д. Диктатура по цвету и по запаху слилась с рабочим классом. Хамелеон. И рабочий класс, так и не пережив сладости власти, уйдет с исторической арены, как отживший класс. От имени рабочего класса легко сравнительно управлять, т. к. этот класс замкнут сам в себе, его интересы чрезвычайно ограниченны, он легко поддается развращению. До сих пор класс рабочих социально ущербен и обозлен. Злость эту легко направить почти в любую сторону. Но и опасен этот класс. Лучше его не дразнить и попусту не тревожить. Особенно сейчас настроения рабочих опасны. Сегодняшняя диктатура больно уж смахивает на мафию. Методы, культура, быт. Этакие паханы. Но паханы культурничают и манерничают, лезут в аристократы и хотят очень походить на западных политиков. Упорно не узнают себя в китайцах. Первые правители, будучи интеллигентными, прикидывались пролетариями и были нарочито грубыми, нынешние жлобы до обморока хотят быть интеллигентами. И все-таки диктатура как была, так и остается диктатурой пролетариата. Почему так?

Гордые споры о варягах ведутся давно. «Сами русские не могут управлять государством, — говорят «враги», — они и с самого начала пригласили княжить варягов». «Русское государство образовано русскими, — говорят современные государственные патриоты, — оно, русское государство, было и до варягов». Тычут другу другу в лицо документами, летописями, тяжелыми археологическими находками. Изувечились в спорах.

Государство и государственные институты никогда не занимали почетного места в жизни русского народа. Сколько голов полетело из-за этого! Вся Россия была клеймена, пересидела по острогам, лагерям, каторгам и тюрьмам. И лишь в лихие времена, когда возникла смертельная опасность для нации, русский народ поднимался, да и то не сразу, на защиту Родины и отстаивал свое право жить опять двусмысленно — и в государстве и вне государства.

Государство и государственные учреждения на Руси всегда были варяжьими. Даже в те исторические моменты, когда у власти стояли исключительно русские люди, государство было варяжьим, т. е. отделенным от жизни народа. Власть на Руси всегда была вакантна, неустойчива. И какие только нации не пробовали управлять русскими людьми. А понять нужно было одно: со времен варягов русские люди хотят, чтоб государство было в услужении, а не правило, не угнетало, чтоб оно, государство, было направлено по устремлениям своим вовне, а не внутрь, т. е. государство не имеет права переходить русскую границу. Служи. Охраняй границы. Не больше. Ясно, что мы, русские, будем кормить и одевать государство. Но не все же отдавать! А так именно и получилось. Из века в век.

Русские хотели жить мирно. А для охраны своего жилья держать варягов. И держат. До сих пор. Раньше, во времена Олега, эта идея не казалась нелепой. Действительно, позвали варягов, и они пришли. Дружина. Опытные вояки. Пограничники.

Интересно, русский Христос какой-то удивительно мирный и глубокий в своем смирении и всепрощении. И страдания Достоевского, и непротивление Толстого — как все это по-русски!

Когда у русских родилась идея: сами варягами можем быть? Неизвестно пока. Одна «ошибка» ведет за собой другую. Общество усложняется, и простая идея теряется среди мелочей, случайных и никчемных, сама превращаясь в никчемную и случайную. Но из хламья идут излучения, заражающие людей уже неизвестно чем. И от зуда, от догадок, от мучительных воспоминаний люди сходят с ума, делают еще большие ошибки, кончают самоубийством. Государство в кровь вошло, отравило нацию на долгие века. Люди не могут жить уже без власти, без подчинения. Появились апатия, лень, обломовщина, карамазовщина и т. д.

Сильную личность выдвигают люди, массы людей, для осуществления своих целей. Но сильная личность имеет свои цели. На то она сильная личность. Она выходит на подмостки не для того, чтобы плясать под чужую дудку. Крокодиловы слезы людей по себе и по «друзьям» льются потому, что их обманули в лучших намерениях. Каждый из толпы хотел втайне руководить этой сильной личностью. Русская черта? Да. Исконная черта русского му-ва. Заставь дурака Богу молиться!

Современный театр: люди ущербные хотят воспитать всех остальных на своей ущербности и сделать такими же ущербными. Кроме одного-единственного штампа ничего нет! И на всех ответственных постах в театре должны быть люди ущербные. Это закон.

1977
Весь мир (государство) играет комедию. А человек — трагедию. Государство — бездуховность. Человек — тоска по духовному. Государство — эстетика. Человек — искусство. Две фразы Шекспира вдруг слились для меня в нечто единое, имеющее отношение ко всему, что бродит во мне. А именно: «Весь мир играет комедию» и «Весь мир — тюрьма».

Народ живет в нелегальной резервации. Резервация — это понятие не географическое, не территориальное, а духовное, из области культуры. И еще! Это не ругательство. Резервация — это хорошо. Люди приладились бы жить в ней, обросли бы своими обычаями, искусством и т. д. Даже в тюрьме можно добиться относительной свободы. Но не дают! Телевидение (подсматривающие), кино, общая грамотность (стандартизация) и законы-оборотни. Да мало ли чего еще?! Людей дергают, перенагружают, им льстят, угождают их слабостям, вытягивают из них самые низменные качества, играют на их слабости. Используют их в основном как черную злую силу против всего талантливого и легкого, естественного.

Одним словом, уравниловка против духовного.

Но резервации, тем не менее, не исчезают, а, наоборот, еще более укрепляются. Народ перестал петь, сочинять пленительные сказки, легенды, былины. Народ онемел, завороженный и оглушенный государственной мифологией.

1978
Меня бесит, что народу подсовывают истории вроде истории янтарной комнаты или библиотеки Ивана Грозного. А в это же время архив Цветаевой лежит в гараже Н., который ждет, что к нему придет какой-то случайный и очень дальний родственник Цветаевой и заберет эти сокровища, чтобы сдать их в госархив. Спрячет от людей. В самом главном деле все стало случайным и близким к гибели.

Удивительную черту советской интеллигенции наблюдаю в течение долгих лет. Почти вся советская интеллигенция оппозиционно настроена к власти. Но это не мешает устраиваться в жизни именно за счет власти. Вот вышагнул Солженицын, не выдержал. И от него ждут, что он скажет о тех, «несчастных», которые остались в архипелаге. Они, конечно, публично отрекутся от него, но он-то должен понять это так, будто бы всерьез. И т. д. Если удастся протащить в книгу или фильм кукиш в кармане, это в закоулках выдается чуть не как акт неповиновения или крупной диверсии.

Обнаружил удивительное явление — вырождение и упадок советской аристократии. Всемогущие партийные деятели, военачальники, писатели, артисты, чекисты, ученые и пр. сталинские соколы — они были во всех сферах общественной деятельности — ушли из жизни и оставили своим детям огромные квартиры-хоромы, сказочные дачи в подмосковных лесах, редкие фотографии, многочисленные награды и неумение жить, неприспособленность к волчьей московской жизни. На смену сталинским гигантам идут другие, деловые и денежные люди, но это не их дети.


Книгу можно прочитать здесь: http://www.belousenko.com/books/art/burkov_hronika.htm









@темы: общество, прошлое, люди, личности, литература, книги

18:19 

Из прочитанного... «Хроника сердца» Георгия Буркова. 1950-1960 годы

Оригинал взят у tvsher в Из прочитанного... «Хроника сердца» Георгия Буркова. 1950-1960 годы
Начала читать «Хронику сердца» Георгия Буркова (1933-1990).

469.jpg

В основу книги легли мемуары актёра. Прочитала четверть и вернулась в начало, чтобы начать конспектировать... Бурков рассуждает о театре, кино, об искусстве в целом и не только об искусстве.

Я бы рекомендовала прочитать эту книгу в первую очередь тем молодым людям, что с открытым ртом слушают сказки о том, какая "хорошая", "беззаботная" и "счастливая" жизнь была тогда в Советском Союзе. А также рекомендую почитать тем, кто ностальгирует вовсе не по своей молодости, а именно по той совковой жизни. Это писал ваш современник!


1953
Когда человек ругает что-нибудь, осуждает или просто констатирует, то делает это с определенной целью. Или он критикует с позиций противоположности. Или он, доказывая, к примеру, что окружающая нас жизнь несправедлива и пошла, хочет этим завоевать себе моральное право на такую же пошлую и несправедливую жизнь. «Все звери — и я буду зверем». А просто так критиковать, объективно, никто не будет жизнь. Обязательно с целью, иногда с умело завуалированной и непонятной для собеседника, но для себя всегда точной и понятной.

Когда тебе бессовестно говорят неправду, в тебе все возмущается. Задето сердце. Когда же тебе говорят правду, страдает самолюбие. Оно точит тебя, и ты задыхаешься в бессильной злобе. В первом случае в драку лезут люди без разбора. Во втором — прикинув, кто сильнее. От неправильных занятий, от неправильной направленности занятий одаренные люди проходят мимо цели или идут к ней окружным путем, растеряв по дороге много времени и сил. Некоторые люди изучают науки, не понимая, для чего это они делают. Им нужны знания для того, чтобы сдать экзамен, получать стипендию, а потом получить диплом для того, чтобы послали на работу.

Если у человека нет большого кругозора и народного передового мировоззрения, каждая мелочь ему кажется значительным событием в жизни, главное же пропускается мимо, как второстепенное. Одним словом, этот человек не сможет понять, где в жизни главное и где второстепенное, и, следовательно, не сможет правильно распределить свои силы, будет жить вхолостую.

Когда видишь несправедливости, когда веришь во что-то, когда в жизни что-то любишь и ненавидишь, тогда можно писать. Но писать не для того, чтобы величаться писателем, а для того, чтобы защитить то, что страстно любишь, от того, что всей душой ненавидишь.
Когда у человека нет большой мечты, настоящей, он не стремится ни к чему, живет сегодняшним днем, его засасывает болото мещанства и обывательщины. Он начинает чувствовать, что ему мешает что-то, чего-то ему недостает, порой он начинает понимать, что из него получился бы неплохой художник, врач, музыкант, начинает винить кого-то в гибели своего таланта и т.д. И никогда не понять ему истинной причины своего падения.

Он жил для себя, а не для людей.

Чтоб найти большую цель в жизни, нужно пробить скорлупу эгоизма, взглянуть на жизнь глазами трезвого и умного историка, понять, для чего живут, жили и будут жить люди.

Человек должен жить завтрашним днем. Без мечты нет смысла жизни. Мечта о завтра начинается сегодня. Она отталкивается от сегодня.
Красота — это простота, доведенная до совершенства.

1955
С нашим временем что-то происходит. Но что? Эта практическая, безромантичная, циничная и с тягой к анархизму молодежь, мещане, обыватели. Наконец, эти стиляги, служащие как бы фасадным украшением гнилого здания мещанства.

Я еще мало видел людей, которые бескорыстно, с любовью к делу занимались чем-нибудь, стремились к цели, к большой цели с государственным пониманием дела. Конечно, таких людей и раньше не густо было. Их число увеличивается с небольшими колебаниями. У нас много пишут, говорят о том, как наши люди героически строят коммунизм. Я не хочу возражать против этого. Правильно, наши люди строят коммунизм. Но большинство не понимает этого. Если спросить рабочего, что он строит, он может ответить, что строит коммунизм, работает для будущего и прочее. Это он знает. Но не понимает, не понимает всем существом своим.

1956
О приукрашивании жизни. Если прислушаться к рассказам людей о своей жизни, то редко услышишь правду, вернее, ее не услышишь совсем. Я не говорю даже о том, что человек многое не понимает совсем, не может осмыслить в силу своего незнания или еще чего-либо, а многое истолковывает — понимает, стало быть, — не так, как есть на самом деле. Но человек не может говорить правду, потому что ему кажется, что его жизнь станет неинтересной, неприглядной, если говорить о ней правду. В людях живет какое-то стремление украсить свою жизнь, жить красивее, но так как она — жизнь — идет «некрасиво», то люди украшают ее вымыслом. Это распространилось и на литературу. И бороться с этой привычкой людей трудно, даже невозможно. И если написать сейчас правдивую книгу о жизни людей, то твои книги сожгут (или не издадут вообще), а самого посадят в психлечебницу.

Люди стремятся к тому, к чему никогда не придут. Это очень печально, но это так. Народы всего мира и всех времен стремились к всеобщему благополучию. Им кажется, если устранить те препятствия, которые мешают осуществлению этого плана в настоящем, то можно добиться осуществления этого плана. Но совсем не учитываются препятствия, которые обязательно встретятся на пути к общему благополучию. И нельзя предвидеть эти препятствия и учесть их. А они, препятствия и рогатки, всегда будут.

1957
О дружбе. Вдруг почувствовал, что я не умею быть другом. Если видишь, что у твоего друга есть недостатки, борись против них, но так, чтобы не обидеть его. Не ищи себе идеального друга, но старайся сам быть идеальным другом. Воспитывай себя в дружбе. Дружба, как и человек, чем взрослее, тем умнее, сознательнее и крепче. Гони все мелкое, грязное из своей души. Будь доверчив к другу, если даже он и обманывал тебя раньше. Воспитывай друга доверием.

И опять я в тупике. Я выбрал самый трудный и самый правильный путь. Но на пути много тупиков, они так незаметны, что стоит отвлечься, замечтаться, и — готово — попал в тупик. Я, кажется, не избежал ни одного тупика на своем пути, и все они разные! Сейчас у меня чувство, будто я собирал, собирал свои знания по крупинке и только сейчас заметил, что кладу эти крупинки в худой кошель. Все надо начинать сначала!

1958
Жизнь представляется мне в такой аллегории. Жизнь — это широкая, ухабистая, бесконечная дорога. И вот по этой дороге идут люди. Одни чуть впереди, другие чуть поотстали. Куда идут люди? Спроси. И каждый ответит по-своему, непохоже на других. Один спешит нарвать букет цветов, растущих у дороги, стараясь не пропустить ни одного красивого. Другой знает, что через 10-20 км будет красивый дом, он останется в нем и не пойдет дальше. Хватит. Свое отходил. Пускай другие идут, а я отдохну. Третий сел на шею четвертому, свесил ноги и развлекается, смотря на остальных. Пятый идет-идет, так и умирает в дороге, на ходу.

1959
О творчестве в житейском поведении людей. Бывает, человек равнодушен к кому-то или чему-то и разговор его пуст. Но бывает, что люди от рождения до смерти живут как принято, поступают и говорят как принято. Это страшно.

1963
Господи! Министерство культуры! И еще целый ряд организаций! Когда вы нас избавите от невежества, от дилетантства облаченных властью?! Когда вы нас освободите от самодовольного консерватизма и молодящегося рутинерства? Когда можно будет заниматься искусством, не растрачивая свои лучшие силы на попытки обойти гору, на которой написано: «Так было и так должно остаться»?!

1965
Нехорошие предчувствия. Запрещают пьесы у Эфроса, у Любимова. Наступает время жесткой политики в искусстве. Постепенно сжимается вокруг нас кольцо запретов, ограничений и цензуры. Что же приближается? 37-й год? Или другое?
Тускнеют идеалы, слабеет вера в справедливость. Расчет, цинизм, делячество, приспособленчество — вот что процветает! Люди не мудрствуют лукаво. Живут для себя. Эгоизм становится нормой. «Материальная заинтересованность». Но меня уже не это интересует. Остались ли чудаки? Дон Кихоты?

Философия обывателя гибка и мудра. В ней всего в меру. Не надсадишься. Примеров можно привести массу. Не к чему. Жить так не только можно, а и нужно так! Разумеется, при одном условии, если ты хочешь выжить, если нет у тебя желания умереть раньше времени, например, от инфаркта.


И даю ссылку на книгу, может кто и захочет прочитать её целиком: http://www.belousenko.com/books/art/burkov_hronika.htm










@темы: культура, книги, литература, личности, общество, проза, прошлое

19:31 

Белый рыцарский роман.

Оригинал взят у rainhard_15 в Белый рыцарский роман.

Как известно, все знают, что это такое, но никто не читал, ибо тексты утрачены. Некоторые стилеобразующие моменты можно найти у Маргариты Бургундской, но её "Гептамерон" совсем не об этом. И то ладно, что хоть есть понимание, что это не может быть то, что дамскими романами называют. А ведь оно имеется. Даже сейчас, просто в современной литературе и говорить об этом будут по-нынешнему, а не так, как было раньше принято. В общем, я Вам принёс, наслаждайтесь. И сюжетец про очень популярного героя конца 80х. Никакого также вранья просветителей, вроде Гюго и банды. Обычный сюжет из жизни страны, которую парализовал кризис. Ясное дело, роман про любовь - а как же иначе?
http://www.proza.ru/2014/11/10/446
Гарантия, что не оторвётесь. Только если Вы по-прежнему задаёте тупые вопросы, вроде откуда в Испании чурбаны, то Вам придётся крепко заняться историческим самообразованием - потому что кроме россказней училки из педухи Ваша голова так ничего и не содержит. А это прискорбно.






@темы: аристократизм, архетипы, белое, звёзды, литература, традиции

08:19 

Философское

Оригинал взят у tvsher в Философское
Идущий снег большими хлопьями и робко пробивающееся сквозь снеговые облака утреннее солнце, а также чашечка прекрасного кофе настраивают на философскую волну. И пришла мне в голову мысль, а не почитать ли Канта... Подумала я и с мыслью согласилась. Ну и Вы, моя дорогая лента, приобщайтесь к высокому..))

Earth.jpg

И так, И. КАНТ. «Вопрос о том, стареет ли Земля с физической точки зрения» (1754)

Если о какой-нибудь вещи хотят узнать, стара ли она, очень ли стара или же еще может быть названа молодой, то об этом следует судить не по числу лет, в течение которых она существовала, а по отношению этого числа к тому периоду, какой она должна существовать. Одна и та же продолжительность времени может для созданий одного рода считаться глубокой старостью, а для других - нет. За то время, в которое собака становится старой, человек едва выходит из детского возраста, а дубы и ливанские кедры не успевают достигнуть зрелости за то время, к которому липы и ели уже стареют и засыхают. (...)

Слушая жалобы пожилых людей, мы узнаем, что природа заметно стареет и что слышен звук шагов, которыми она приближается к своему упадку. Климат, уверяют эти люди , теперь уже не тот, что прежде. Силы природы истощены, ее красота и правильность убывают. Люди теперь и не так крепки и не достигают такого возраста, как раньше. И этот упадок замечается будто бы не только в естественном устройстве Земли, он простирается и на нравственное состояние людей. Старые добродетели отжили свой век, и их место заняли новые пороки. Ложь и обман сменили прежнюю честность. Это ошибочное мнение, не заслуживающее даже опровержения, представляет собой плод не столько заблуждения, сколько себялюбия. Честные старики, которые настолько тщеславны, что вообразили себе, будто небо постаралось породить их во времена наивысшего благоденствия, не хотят согласиться с тем, что и после их смерти в мире все может обстоять так же прекрасно, как и до их рождения. Они охотно убеждают себя в том, что природа стареет вместе с ними, дабы не жалко было расставаться с миром, который и сам уже близок к своей гибели.


(...) Мнение большинства естествоиспытателей, создавших различные теории Земли, сводится к тому, что плодородие Земли постепенно падает, что Земля медленными шагами приближается к тому состоянию, когда она станет необитаемой и пустынной, и что наступление полной старости и смерть природы от истощения сил есть лишь вопрос времени. Это важная проблема, и, конечно, стоит потратить усилия для того, чтобы осторожно подойти к этому выводу.

Но сначала определим, какое понятие мы должны составить себе о старении тела, которое под воздействием естественных сил развивается до совершенства и под воздействием стихийных сил видоизменяется.

Старение какого-нибудь существа в ходе его изменения не есть определенная стадия, вызванная внешними и насильственными причинами. Те же причины, по которым какая-нибудь вещь достигает совершенства и пребывает в таком состоянии, постепенно приближают ее и к гибели незаметными изменениями. То, что она должна в конце концов прийти в упадок и погибнуть, - это естественная ступень (Schattierung) в течение ее существования и следствие тех же причин, которые привели к ее образованию. Все предметы природы подчинены следующему закону: тот же механизм, который вначале работал над их совершенствованием, продолжая менять вещь и после того, как она достигла своего совершенства, постепенно лишает ее благоприятных условий и в конце концов незаметно доводит ее до полной гибели. Этот образ действия природы ясно обнаруживается в устройстве растительного и животного царств. (...) Тот же механизм, благодаря которому животное или человек живут и растут, приносит им в конце концов смерть, когда рост их заканчивается. (...) Точно так же и постепенное ухудшение состояния Земли до такой степени вплетено в цепь перемен, которые вначале способствовали ее совершенствованию, что оно может стать заметным лишь через длительный промежуток времени. (...)

Земля, возникнув из хаоса, несомненно, находилась сначала в жидком состоянии. Не только ее округлость, но в особенности ее сфероидальная форма, при которой ее поверхность приняла во всех точках перпендикулярное положение по отношению к направлению силы тяжести, изменившемуся под воздействием силы вращения, доказывает, что ее масса обладала способностью сама собой принимать ту форму, какой требует в этом случае равновесие. Она перешла из жидкого состояния в твердое, и мы видим несомненные признаки того, что сначала затвердела поверхность Земли... Море само подняло берега суши, осаждая поднявшиеся вверх вещества, удалением которых оно углубляло свое собственное ложе; оно нагромождало дюны и насыпи, предотвращавшие наводнения. Реки, которые должны были отвести влагу с суши, не были еще заключены в надлежащие русла, они еще затопляли равнины, пока наконец не нашли для себя подходящих каналов и не подготовили себе равномерного спуска от истоков до моря.

Природа нашего земного шара в ходе своего развития не достигла во всех своих частях одинакового возраста. Некоторые части ее юны и свежи, между тем как в других она, по-видимому, истощается и стареет. (...) Вообще возвышенные места земной поверхности самые старые, они первые поднялись из хаоса и первые достигли полного развития, низменности же моложе и позже достигли степени своего совершенства. Соответственно возвышенности должны раньше погибнуть, а для низменностей этот роковой час наступит позднее.

Люди населили прежде всего самые высокие места на земле; в равнины же они спустились позднее и вынуждены были сами приложить усилия к тому, чтобы ускорить развитие природы, которое шло слишком медленно по сравнению с быстрым размножением людей. Египет, этот дар Нила, был в самой верхней своей части заселен и многолюден, тогда как половина Нижнего Египта, вся дельта и... устье... представляли собой еще необитаемые топи. (...)

Самые возвышенные местности первые воспользовались этим необходимым развитием природы, а потому и первыми были заселены, между тем как низменности некоторое время вели еще борьбу с хаосом и позже достигли совершенства. С тех пор эти низменные страны обогащаются за счет возвышенных местностей. Реки, которые во время паводка бывают полны подмытым илом, откладывают его, когда разливаются, около своего устья, поднимают почву, которую они затопляют, и образуют сушу, которая, после того, как река подняли свои берега до надлежащей высоты, становится обитаемой и, будучи удобрена тучной землей возвышенностей, становится более плодородной, чем сами эти возвышенные местности.

Благодаря этому непрерывному формированию и изменению, которые претерпевает поверхность Земли, более низко расположенные места становятся обитаемыми, тогда как высоко расположенные иногда пустеют. (...)

...Когда я сравниваю влечение древних народов к великим деяниям, их честолюбие, жажду добродетели и свободолюбие, порождавшие у них высокие идеи и возвышавшие их, с духом умеренности и хладнокровия, свойственным нашему времени , то хотя я и нахожу достаточно оснований поздравить наши столетия с этой переменой, споспешествующей и нравственности, и наукам, но все же я не свободен от соблазна предположить, что эта перемена, быть может, есть признак известного охлаждения того огня, который вдохновлял когда-то человеческую природу и жар которого одинаково ярко проявлялся и в излишествах, и в благородных деяниях. Но когда я вместе с тем думаю о том, какое огромное влияние оказывает на душевное состояние и нравы образ правления, наставление и пример, то я сомневаюсь, могут ли подобные признаки, имеющие два противоположных смысла, служить доказательством действительных перемен в природе.

Поэтому на поставленный вопрос о старении Земли я не дал окончательного ответа, какого потребовал бы предприимчивый дух смелого исследователя природы, а подошел к нему осмотрительно, как это подсказывало мне существо самого предмета. Я пытался правильнее определить то понятие, которое необходимо себе составить об этом изменении.

Возможны еще и другие причины, способные привести к внезапной гибели Земли. Ибо, не говоря уже о кометах, на которые с недавнего времени считают удобным ссылаться для объяснения всякого рода необыкновенных явлений, в недрах самой земли скрыто, по-видимому, царство Вулкана и большой запас легко воспламеняющегося и огненного вещества, которое, быть может, все больше и больше набирается силы под ее верхней корой, накопляет запасы огня и пожирает устои верхних сводов, роковой обвал которых, быть может, откроет пламенной стихии выход на поверхность земли и вызовет гибель Земли в огне. Однако такого рода возможности имеют столь же мало отношения к вопросу о старении Земли, сколь мало имеется оснований для того, чтобы при рассмотрении вопроса, отчего ветшают здания, принимать во внимания землетрясения или пожары.


(с) И. Кант. Собрание сочинений в восьми томах. Т. 1. М., 1994. С. 92 - 111.

Перевод Б.А. Фохта.

PS: Если кому интересно моё мнение по поводу старения Земли... Земля стареет, да, но! Как феникс снова возрождается, обновляясь только пока ей известным способом. А по мне - людям знать этот способ вовсе не обязательно, т.к.их желание вмешаться в процесс портит обычно всё.

Ну и Баха Вам в ленту, настроение у меня такое.












@темы: книги, литература, люди, природа

sincerely-comm

главная