Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: проза (список заголовков)
18:12 

Пофлешмобим...

Оригинал взят у rainhard_15 в Пофлешмобим...

По следам вот этого http://rainhard-15.livejournal.com/241918.html. А букву "К" я препарировал вот тут http://rainhard-15.livejournal.com/239407.html, ещё раньше. Ну так вот, от сестры мне досталась буква "Б". Поехали...

Андрей Буровский "Евреи, которых не было". Книга, после которой Вы мало того, что полностью поймёте, что такое еврейский вопрос и откуда он вообще взялся, но и перестанете по нему заморачиваться, если были какие-то сложности. Книга, которую ненавидят антисемиты и их противники - потому что она правдива, адекватна и содержит массу интересного материала о всяком обществе. А заодно - разбирает и вопрос событий около 1917 года и после. Без истерик, повторяю - на редкость приятное чтиво.

Рэй Брэдбери. Исключительно рассказы и роман "Тени грядущего зла". В сущности, это нельзя назвать ни фантастикой, ни фентези, ни готическим романом. Это лирика, вобравшая в себя всё. И очень христианские вещи - ну, для бешеных кликуш и невежд из интеллигенции я стал врагом сразу, но мне не привыкать.

Бальмонт, Батюшков, Белый, Блок, да? Нет, я не любитель, но уважаю, а пишу, чтоб Вы не забыли про их существование. А то всякое бывает - наши обожатели совка и 2 авторов не назовут. Даже Багрицкого... и Байрона. Вместо них всех - Булгаков.

Сёстры Бронте, все. Особенно "Грозовой перевал" люблю - там такие узнаваемые алкаши и подонки... как из России и не уезжал. А Бальзака игнорирую, всего.

Мария Буркова, конечно. Нужно ж кому-то быть в России автором триптиха, продолжающего сагу ЛоГГ, верно? Но вообще-то у дамы всегда была обалденная космоопера. Книжки можете взять вот тут: https://ridero.ru/books/verkhnyaya_pugovica/
DSCN6529.JPG
https://ridero.ru/books/legenda_o_geroyakh_galaktiki_spasti_imperatora/
DSCN6520.JPG
https://ridero.ru/books/neskazka_o_zvyozdnom_malchike/
Это продолжение вот этого фильма:


Букварь пишем, нет? Вообще-то, первая книжка и бла-бла... Я научен был в 5 лет уже читать самостоятельно, так что рисовал себе на уроке, что хотел. Так что лучше уж фотоальбомы с названием "Байкал".

Байки и Балы берём? А то их много... А ещё Были и Баллады есть...

Бандиты и Банки... Книг много, тема для отдельного эссе.

Бани и Барби... Ну и что Вы ржёте? В моё время все так на ней помешались, что какая-то олигофренка у Горбачёва просила, на всю страну... Под завывания сериала "Бедные тоже хохочут", да.

А ещё есть Барон, который жарит Барбекю... Ну да, я собственной персоной - вне книжек, канешна.

Барышни, Батальоны  и Бриллианты. Башни и Беглецы. Куча Беды и Без. Бездна, короче - буква слишком масштабная...
Белая такая... Без Берегов.

Ладно, подскажу. Фред Саберхаген, "Берсеркеры". Хрен оторвётесь. Бессмертно, Беспощадно, Бешено.

Библия, а как Вы хотели? "Деяния апостолов" - жутко ржачный детектив. И прочее Богословие, да.

Билеты и Бизнес?

Да хрен, "Билл, герой Галактики". Умора.

Биология, Биографии... Битвы.

Короче, Василь Васильч Головачёв. "Бич времён". Очень серьёзная вещица, не для средних умов.

Александр Лаптев "Благая весть". Там Стругацкие пошли курить в коридор.

Блаженны Бледнолицые. Ага. Блондины тоже. Как и Бойцы. Так что не Болейте на Болотах, Братья. Будда сказал.






@темы: белое, дети, книги, красота, культура, литература, писатели, проза, традиции, фантастика, христианство

10:18 

Из прочитанного: из Записок графа Л. Л. Беннигсена о войне с Наполеоном 1807 года

Оригинал взят у tvsher в Из прочитанного: из Записок графа Л. Л. Беннигсена о войне с Наполеоном 1807 года
Публикуется по изданию: Майков П.М. Записки графа Л. Л. Беннигсена о войне с Наполеоном 1807 года. СПб, 1900

593667_320.jpg
Свидание Наполеона с Александром I и Фридрихом Вильгельмом III в Тильзите. Гравюра Гюгеля по оригиналу Вольфа. Эрмитаж.

XXI.Переговоры о перемирии. – Прибытие Дюрока к Беннигсену. – Заключение перемирия. – Прибытие императора Александра в Тильзит. – Свидание с Наполеоном. – Заключение мира.

По-видимому я достаточно доказал в предыдущих главах, что сражение под Фридландом по существу своему вовсе не должно было внушать того впечатления, которое оно, по-видимому, произвело. Случаются события в тысячу раз более гибельные для народов, нежели потеря одного сражения; Фридландское же сражение не могло явиться бедствием (calamit


@темы: #книги, война, история, книги, личности, офицеры, проза, прошлое

11:14 

Никто не забыт, и ничто не забыто?

Оригинал взят у tvsher в Никто не забыт, и ничто не забыто?
Её называли музой блокадного Ленинграда. Именно ей принадлежат строки, высеченные на граните Пискаревского мемориала: «Никто не забыт, и ничто не забыто»... Да, речь пойдёт об Ольге Берггольц.


o-berttgolc.jpg

Я не буду рассказывать биографию поэтессы, кому интересно могут спокойно найти информацию сами. Я хочу познакомить с её дневниками, которые после смерти Ольги Берггольц были конфискованы властями вместе со всем её архивом и помещены в спецхран. Фрагменты дневников и некоторые стихотворения появились только в 1980 году в израильском журнале «Время и мы». Большинство не публиковавшегося в России наследия Берггольц вошло в 3-й том собрания её сочинений, изданного в 1990 году. Выдержки из дневников о приезде поэтессы в деревню Старое Рахино опубликованы в журнале «Знамя» в 1991-ом.

Выдержки из дневников Ольги Берггольц публиковались также в 2010 году. И только в 2015-ом было объявлено о первом полном издании дневников Ольги Берггольц. Так что же такого было написано там, что это нельзя было читать советскому человеку?

15.10.1939
"Да, я ещё не вернулась оттуда. Оставаясь одна дома, я вслух говорю со следователем, с комиссией, с людьми – о тюрьме, о постыдном, состряпанном «моём деле». Всё отзывается тюрьмой – стихи, события, разговоры с людьми. Она стоит между мной и жизнью…"

14.12.1939
"Ровно год тому назад я была арестована. Ощущение тюрьмы сейчас, после 5 месяцев воли, возникает во мне острее, чем в первое время после освобождения. Вынули душу, копались в ней вонючими пальцами, плевали в нее, гадили, потом сунули ее обратно и говорят: «Живи». Год назад я сначала сидела в «медвежатнике» у мерзкого Кудрявцева, потом металась по матрасу возле уборной – раздавленная, заплеванная, оторванная от близких, с реальнейшей перспективой каторги и тюрьмы на много лет..."

01.03.1940
"...Читаю Герцена с томящей завистью к людям его типа и XIX веку. О, как они были свободны. Как широки и чисты! А я даже здесь, в дневнике (стыдно признаться), не записываю моих размышлений только потому, что мысль: «Это будет читать следователь» преследует меня. Тайна записанного сердца нарушена. Даже в эту область, в мысли, в душу ворвались, нагадили, взломали, подобрали отмычки и фомки. Сам комиссар Гоглидзе искал за словами о Кирове, полными скорби и любви к Родине и Кирову, обоснований для обвинения меня в терроре. О, падло, падло.
А крючки, вопросы и подчеркивания в дневниках, которые сделал следователь? На самых высоких, самых горьких страницах!
Так и видно, как выкапывали «материал» для идиотских и позорных обвинений.
И вот эти измученные, загаженные дневники лежат у меня в столе. И что бы я ни писала теперь, так и кажется мне – вот это и это будет подчеркнуто тем же красным карандашом, со специальной целью – обвинить, очернить и законопатить, – и я спешу приписать что-нибудь объяснительное – «для следователя»..."

13.03.1941
"Иудушка Головлев говорит накануне своего конца: «Но куда же все делось? Где все?» Страшный, наивный этот вопрос все чаще, все больше звучит во мне. Оглядываюсь на прошедшие годы и ужасаюсь. Не только за свою жизнь. Где все? Куда оно проваливается, в чем исчезает и, главное, – зачем, зачем?!
Перечитываю сейчас стихи Бориса Корнилова, – сколько в них силы и таланта! Он был моим первым мужчиной, моим мужем и отцом моего первого ребенка, Ирки. Завтра ровно пять лет со дня ее смерти. Борис в концлагере, а может быть, погиб.
Смерть, тюрьма, тюрьма, смерть..."

04.06.1041
"Если наше правительство избежит войны – его нужно забросать лавровыми венками. Всё – только не она, не Смерть. Только бы не «протягивать руки помощи», - пусть они там разбираются, как умеют.
Войны не избежать всё равно. Мы одни в мире."

02.09.1941
"Сегодня моего папу вызвали в Управление НКВД в 12 часов дня и предложили в шесть часов вечера выехать из Ленинграда. Папа – военный хирург, верой и правдой отслужил Советской власти 24 года, был в Красной Армии всю гражданскую, спас тысячи людей, русский до мозга костей человек, по-настоящему любящий Россию, несмотря на свою безобидную стариковскую воркотню. Ничего решительно за ним нет и не может быть. Видимо, НКВД просто не понравилась его фамилия – это без всякой иронии. На старости лет человеку, честнейшим образом лечившему народ, нужному для обороны человеку, наплевали в морду и выгоняют из города, где он родился, неизвестно куда. Собственно говоря, отправляют на смерть. «Покинуть Ленинград!» Да как же его покинешь, когда он кругом обложен, когда перерезаны все пути! Это значит, что старик и подобные ему люди (а их, кажется, много – по его словам) либо будут сидеть в наших казармах, или их будут таскать в теплушках около города под обстрелом, не защищая – нечем!
Я еще раз состарилась за этот день. Мне мучительно стыдно глядеть на отца. За что, за что его так? Это мы, мы во всем виноваты.
Значит, завтра провожаю папу. Вижу его, видимо, в последний раз. Мы погибнем все – это несомненно. Такие вещи, как с папой, – признаки абсолютной растерянности предержащих властей... Но что, что же я могу сделать для него?! Не придумать просто!.."

08.02.1942
"Папу держали вчера в НКВД до 12 часов, а потом он просто не попал к нам потому, что дверь в Дом Радио была уже закрыта, Его, кажется, высылают все-таки. В чем дело, он не объяснил, но говорит, что какие-то новые мотивы, и просил «приготовить рюкзачок». Расстроен страшно. Должен завтра прийти. В чем дело – ума не приложу, чувствую только, что какая-то очередная подлая и бессмысленная обида. В мертвом городе вертится мертвая машина и когтит и без того измученных и несчастных людей.
…Мужественно, без подчеркивания своего героизма человек выдержал 5 месяцев дикой блокады, лечил людей и пекся о них неустанно – несмотря на горчайшую обиду, нанесенную ему властью в октябре, когда его ни за что собрались высылать, жил общей жизнью с народом – и вот! Что-то все-таки откопали и допекают человека. Власть в руках у обидчиков. Как их повылезало, как они распоясались во время войны, и как они мучительно отвратительны на фоне бездонной людской, всенародной, человеческой трагедии. Видимо, рассчитывая на скорое снятие блокады и награждения в связи с этим, почтенное учреждение торопится обеспечить материал для орденов, – «и мы пахали!» О, мразь, мразь!"

25.03.1942
Сегодня была на приеме у Поликарпова – председателя В.Р.К. Остался очень неприятный осадок. Я нехорошо с ним говорила, я робко говорила, а – наверное, надо было говорить нагло. Я просила отправить посылку с продовольствием на наш Радиокомитет. Холеный чиновник, явно тяготясь моим присутствием, говорил вонючие прописные истины, что «ленинградцы сами возражают против этих посылок», что «государство знает, кому помогать», т.п. муру. О, Иудушки Головлевы!

20.05.1949
"Первый день моих наблюдений принёс только лишнее доказательство к тому же, всё к тому же; полное нежелание государства считаться с человеком, полное подчинение, полное раскатывание его собой, создание для этого цепной, огромной, страшной системы."

31.10.1949
"В день отъезда Юра прибежал из издательства дико взволнованный и сказал, чтобы я уничтожила всякие черновики, кое-какие книжонки из «трофейных», дневник и т.д. Он был в совершенном трансе – говорит, что будто бы услышал, что сейчас ходят по домам, проверяя, «что читает коммунист», т.е. с обыском. Кроме того, откуда-то запрашивали издательство, – какие из моих книг изданы.
Меня сразу начала бить дрожь, но вскоре мы поехали. Ощущение погони не покидало меня. Шофер, как мы потом поняли, оказался халтурщиком, часто останавливался, чинил подолгу мотор, – а мне показалось – он ждет «ту» машину, которая должна нас взять. Я смотрела на машины, догоняющие нас, сжавшись, – «вот эта... Нет, проехала... Ну, значит, – эта?». Уже за Териоками, в полной темноте, я, обернувшись, увидела мертвенные фары, прямо идущие на нас. «Эта». Я отвернулась и стиснула руки. Оглянулась – идет сзади. «Она». Оглянулась на который-то раз и вдруг вижу, что это – луна, обломок луны, низко стоящий над самой дорогой... Дорога идет прямо, и она – все время за нами. Я чуть не зарыдала в голос – от всего. Так мы ехали, и даже луна гналась за нами, как гепеушник."

А в заключении хочу процитировать #стихи Ларисы Миллер...

А лучшие из лучших полегли.
Причём не сами. Им здесь помогли.
Им в сих краях охотно помогают.
Здесь лучших ни за что не проморгают.
На лучших у России острый нюх,
Не переносит Родина на дух
Особо одарённых, окрылённых,
Неведомо за что в неё влюблённых,
И, не желая с ними вместе жить,
Торопится на месте уложить.

Что называется без комментариев...








@темы: уроды, прошлое, проза, подлость, общество, люди, личности, книги, история, жизнь, дамы, война

18:53 

Взгляни на всё как на удачу!

Оригинал взят у tvsher в Взгляни на всё как на удачу!
Лето у нас началось, вроде как.. Хмурое утро превратилось в солнечный день, потеплело. Видимо тополя шаманили не зря)). Помогло.

20170530_090144.jpg

И сегодня вся лента пестрит детьми, ибо дети наше всё, а сегодня как раз день защиты детей, если вдруг кто запамятовал. И поэтому поводу запощу я прелестную сказку о Шарике от моей подруги Лидии Калашниковой. Умеет Лида разглядеть в самом обычном необычное и неудачу запросто превращает в удачу.)

Утро было теплым и ярким, ярко светило солнышко, пели птицы, и Танюше все казалось каким-то особенным. Мама далее ей новое красивое платье, от чего ей очень хотелось танцевать перед зеркалом еще и еще. Но надо было идти в детский сад, где ее ждали друзья.
- Я сегодня, как новая, - сказала Танюша маме, все еще вертясь перед зеркалом, так она себе нравилась в этом платье.
- На шарик, пусть все видят, что у тебя сегодня праздник, твой личный праздник, который называется День рождения, - сказала мама, вручая дочке большое красивое, блестящее на солнце сердечко, - только держи крепко, а то улетит.
Танюша гордо шла по улице, держа маму на руку. Она думала то о новом платье, то о красивом шаре в виде сердечка, то о встрече со своими друзьями в детском саду, особенно ожидая встречу с Антошкой и Светланкой, с которыми всегда весело было играть.
- Мама, а ты не забыла угощение для детей, что мы вчера купили с тобой, - спросила она.
- Вот в сумке все, - с улыбкой ответила мама, показывая на свою сумку.
- Покажи, - решила проверить Танюша и потянулась к маминой сумке.
- Ой, - вдруг воскликнула она, заметив, что шарик вырвался из ее руки и ветер понес его вверх, в небо все дальше и дальше.
Она чуть было не заплакала, так ей было обидно терять этот красивый шарик, и, наверное, расплакалась бы, но услышала слова мамы.
- Смотри, как красиво он летит, твой шар. Похоже, что он волшебный и отправился во дворец к фее шаров, где все его ждут, чтоб отпраздновать твой день рождения.
Танюша с любопытством смотрела на улетающий шар, который переливался на солнце до тех пор, пока его было видно, ведь он удалялся и постепенно становился все меньше и меньше.
- А ты расскажешь мне про Фею шаров, - спросила она маму.
- Конечно, но не сейчас, а вечером, когда мы вернемся домой.
- И правда, вот уж и детский сад, Светланка смотрит в окно - меня ждет, - заторопилась девочка, забыв о маме, которая о чем-то говорила с воспитателем. .
НА БАЛУ У ФЕИ ШАРОВ
А, между тем, у Феи шаров действительно намечался праздник. Шары ото всюду слетались к ней на встречу. Но их дорога была непростой, ведь каждому нужно было добраться до небесного моста, прежде чем попасть во дворец. А это удавалось не каждому из шаров, да и взлететь удавалось не каждому. Для этого нужно было обладать разными качествами, чтоб быть достойным попасть на бал к Фее шаров: целеустремленность, легкий нрав, красоту, умение преодолевать трудности.
Шарик, который был у Танюши, был достоин предстать перед Феей, а потому был с радостью принят ею. Большое красивое сердце – так его прозвали среди других шаров, ведь у каждого должно быть свое имя.
- Я рад, что могу быть здесь, на этом празднике, что меня сочли достойным такого счастья, но я сожалею, что так мало радости успел принести девочке Тане в день ее рождения, - сказал он Фее шаров.
Фея была тронута большими, чистыми, добрыми и красивыми чувствами, которыми он с ней поделился.
- Не случайно тебя прозвали Большое красивое сердце, твои слова подтверждают справедливость этого, - сказала ему Фея.
- А девочке Тане я пошлю прекрасный сон. Она сможет увидеть наш бал и во сне присутствовать на нем, танцуя среди шаров. У тебя будет возможность еще с ней пообщаться, танцуя и разговаривая, - улыбнулась Фея своей сверкающей любовью и добротой улыбкой.
Праздник был ярким и прекрасным. Множество шаров разной формы и разного цвета веселились на балу. Необычные цветы украшали дворец, небесная музыка звучала всюду, даря счастье всем присутствующим. Но на этом сказочном балу шары могли видеть только друг друга, но не видели гостей, которые тоже были среди них по велению Феи шаров.
Среди гостей была и гостья Большого красивого сердца – девочка Таня, у которой в этот день был день рождения. Они танцевали, веселились вместе со всеми. А Фея шаров угощала всех небесным напитком, который приготовила сама для гостей. Танюша тоже пробовала этот напиток. Она даже зажмурилась от удовольствия и громко причмокнула, что Фея услышала и засмеялась.
- Детская непосредственность всегда дарит мне удовольствие, поэтому я люблю бывать там, где дети, просто они меня не видят, сказала она танцующим во дворце шарам.
УТРО
Утром Танюша проснулась рано, и счастливо улыбаясь, стала рассказывать маме свой сон.
- Представляешь, мама, у Феи шаров было так весело. Там было так много разных красивых шариков, больших и маленьких, просто загляденье. Я никогда не видела столько самых разных шаров. Там был и мой шарик, что вчера улетел. Мы с ним танцевали и веселились. Знаешь, а он умеет разговаривать и петь пенсии под музыку, - рассказывала Танюша, весело щебеча, чего с ней прежде не случалось по утрам.
- Да ты что, - с удивлением и легкой улыбкой на лице спросила мама дочку.
- Да-да! А еще Фея всех угощала таким вкусным напитком, кого я никогда не пробовала. Шарик сказал, что это – небесный напиток.
- Ну, и сон тебе приснился, - сказала мама.
- Это был сон, - спросила Танюша, неожиданно начав сомневаться в этом, - а что если это было, правда?
- Может и правда. Чудеса случаются, - уверенно сказала ей мама и задумалась.
Может она вспомнила какие-то чудеса, которые случались с нею?


Ещё сказки от Лидии Калашниковой:
Скамья Желаний...




@темы: проза

10:22 

О Максе Бирбоме...

Оригинал взят у tvsher в О Максе Бирбоме...
Всех с новым днём! И пусть он будет лучше предыдущего, хоть на чуть-чуть.)

Сегодня я расскажу о Максе Бирбоме.
Годы жизни 1872-1956.
Полное имя Henry Maximilian Beerbohm. Английский писатель, художник-карикатурист, книжный иллюстратор.

0_aa919_7f500f70_XL.jpg

Хотела написать о нём сама, но встретила на просторах Сети прекрасное эссе Василия Кондратьева...

Макс Бирбом говорил, что всю жизнь с ним неотступно следовал совершенный образ мира, заключенного в выпуклое, круглое зеркало, такое, какое он помнил на стене своей детской комнаты. Такое понимание искусства он и хранил, не провозглашая громко, и с известной долей иронии относился к моде на социализм, психологический реализм и великих русских писателей.

Свою биографию он считал совершенно безынтересной.

Студентом в Оксфорде он послал свое эссе Оскару Уайльду, к тому времени уже ставшему воплощением нового "эстетического движения". Уайльд ответил ему сердечным письмом, в котором точно и навсегда определил стиль начинающего писателя как похожий на серебряный кинжал. В Лондоне Макс Бирбом стал завсегдатаем известнейшего кафе "Роял", долгие годы собиравшего цвет артистической столицы. Род его практических занятий определился с появлением двух изданий, безоговорочно повлиявших на жизнь английской культуры. В 1894 году его приятель, Обри Бердсли, представил его Гарленду, редактору вызывающе нового журнала "The Yellow Book". В первом номере этого недолговечного предприятия, обозначившего эпоху "Желтых Девяностых", - их еще называли декадентскими, "веселыми", или "Gay Nineties", - эссе Бирбома "В защиту косметики" заявило, хотя и не без скандала, безукоризненную репутацию критика и эстета. Примерно в то же самое время Фрэнк Гаррис, писатель, авантюрист и английский Казанова, откупил журнал "Saturday Review" и сделал его боевым органом культурной оппозиции викторианскому обществу, пригласив в постоянные сотрудники Б.Шоу, Р.Киплинга, Г.Уэллса и А.Беннета; Макс Бирбом был приглашен в качестве пишущего "все, что захочется".

Как и его старший друг Оскар Уайльд, и люди их круга, он не отделял жизни от творчества, придерживаясь взглядов ценителя, человека чувствующего ума. Уже позднее друзья и поклонники Сэра Генри Максимилиана Бирбома, его издатели и неудачные биографы пытались зачислить его по разряду классиков - но он сам решительно считал себя человеком светским и для величия непригодным; он был неподражаем. "Неподражаемым Максом" назвал его Бернард Шоу, которого он сменил как заведующего театральной хроникой "Saturday Review", не переставая подвергать блестящей и едкой критике. Бирбом был вообще популярен как карикатурист и пародист, ироничный к любому маститому проявлению европейской лмитературы; в этой иронии было, однако, больше внимания, чем колкостей: Генри Джеймс, например, говорил, что "этот молодой человек" знает его лучше, чем он сам себя. Эта внимательность и чувствительность к людям особенно заметна в прозе Макса Бирбома: сам вымысел был дорог ему только тогда, когда создавал характер неуловимо-документального качества. Бирбом гордился тем, что два его героя, Энок Соумз и Савонарола Браун, стали будто и не персонажами, а знакомыми среди прочих знакомых. Он с чувством мечтал о музее незавершенных шедевров, мысленно перебирая воображаемые и действительные замыслы человеческого ума, который, по его мнению, изначально гениален сам по себе.

Впрочем, у Макса Бирбома было и два ранних, вполне придуманных им романа, "Счастливый лицемер" и "Зюлейка Добсон". Поселившись на склоне лет в Рапалло, он начал было третий, который хотел назвать "Выпуклое зеркало" - но забросил это занятие, посчитав бесполезным.



И покажу пару его рисунков/карикатур)) Они своеобразные, во всяком случае на мой взгляд.

43515602.jpg


43509059.jpg

43516739.jpg

Без названия.jpg

Ну и напоследок ставлю умные мысли афоризмы Бирбома.

•Всё, что стоит делать, уже делалось, поэтому теперь, мне думается, есть смысл обратить внимание на то, чего делать не стоит.

•Гениальность небрежна, она, по самой сути своей, всегда тороплива. Гению не до утончённости.

•Жажда знаний и любовь к учителю — вещи разные.

•Я не знал ни одного гениального человека, которому бы не приходилось платить — физическим недугом иди духовной травмой — за то, чем наградили его Боги.









@темы: прошлое, проза, личности, литература, культура, книги, история

10:22 

О Максе Бирбоме...

Оригинал взят у tvsher в О Максе Бирбоме...
Всех с новым днём! И пусть он будет лучше предыдущего, хоть на чуть-чуть.)

Сегодня я расскажу о Максе Бирбоме.
Годы жизни 1872-1956.
Полное имя Henry Maximilian Beerbohm. Английский писатель, художник-карикатурист, книжный иллюстратор.

0_aa919_7f500f70_XL.jpg

Хотела написать о нём сама, но встретила на просторах Сети прекрасное эссе Василия Кондратьева...

Макс Бирбом говорил, что всю жизнь с ним неотступно следовал совершенный образ мира, заключенного в выпуклое, круглое зеркало, такое, какое он помнил на стене своей детской комнаты. Такое понимание искусства он и хранил, не провозглашая громко, и с известной долей иронии относился к моде на социализм, психологический реализм и великих русских писателей.

Свою биографию он считал совершенно безынтересной.

Студентом в Оксфорде он послал свое эссе Оскару Уайльду, к тому времени уже ставшему воплощением нового "эстетического движения". Уайльд ответил ему сердечным письмом, в котором точно и навсегда определил стиль начинающего писателя как похожий на серебряный кинжал. В Лондоне Макс Бирбом стал завсегдатаем известнейшего кафе "Роял", долгие годы собиравшего цвет артистической столицы. Род его практических занятий определился с появлением двух изданий, безоговорочно повлиявших на жизнь английской культуры. В 1894 году его приятель, Обри Бердсли, представил его Гарленду, редактору вызывающе нового журнала "The Yellow Book". В первом номере этого недолговечного предприятия, обозначившего эпоху "Желтых Девяностых", - их еще называли декадентскими, "веселыми", или "Gay Nineties", - эссе Бирбома "В защиту косметики" заявило, хотя и не без скандала, безукоризненную репутацию критика и эстета. Примерно в то же самое время Фрэнк Гаррис, писатель, авантюрист и английский Казанова, откупил журнал "Saturday Review" и сделал его боевым органом культурной оппозиции викторианскому обществу, пригласив в постоянные сотрудники Б.Шоу, Р.Киплинга, Г.Уэллса и А.Беннета; Макс Бирбом был приглашен в качестве пишущего "все, что захочется".

Как и его старший друг Оскар Уайльд, и люди их круга, он не отделял жизни от творчества, придерживаясь взглядов ценителя, человека чувствующего ума. Уже позднее друзья и поклонники Сэра Генри Максимилиана Бирбома, его издатели и неудачные биографы пытались зачислить его по разряду классиков - но он сам решительно считал себя человеком светским и для величия непригодным; он был неподражаем. "Неподражаемым Максом" назвал его Бернард Шоу, которого он сменил как заведующего театральной хроникой "Saturday Review", не переставая подвергать блестящей и едкой критике. Бирбом был вообще популярен как карикатурист и пародист, ироничный к любому маститому проявлению европейской лмитературы; в этой иронии было, однако, больше внимания, чем колкостей: Генри Джеймс, например, говорил, что "этот молодой человек" знает его лучше, чем он сам себя. Эта внимательность и чувствительность к людям особенно заметна в прозе Макса Бирбома: сам вымысел был дорог ему только тогда, когда создавал характер неуловимо-документального качества. Бирбом гордился тем, что два его героя, Энок Соумз и Савонарола Браун, стали будто и не персонажами, а знакомыми среди прочих знакомых. Он с чувством мечтал о музее незавершенных шедевров, мысленно перебирая воображаемые и действительные замыслы человеческого ума, который, по его мнению, изначально гениален сам по себе.

Впрочем, у Макса Бирбома было и два ранних, вполне придуманных им романа, "Счастливый лицемер" и "Зюлейка Добсон". Поселившись на склоне лет в Рапалло, он начал было третий, который хотел назвать "Выпуклое зеркало" - но забросил это занятие, посчитав бесполезным.



И покажу пару его рисунков/карикатур)) Они своеобразные, во всяком случае на мой взгляд.

43515602.jpg


43509059.jpg

43516739.jpg

Без названия.jpg

Ну и напоследок ставлю умные мысли афоризмы Бирбома.

•Всё, что стоит делать, уже делалось, поэтому теперь, мне думается, есть смысл обратить внимание на то, чего делать не стоит.

•Гениальность небрежна, она, по самой сути своей, всегда тороплива. Гению не до утончённости.

•Жажда знаний и любовь к учителю — вещи разные.

•Я не знал ни одного гениального человека, которому бы не приходилось платить — физическим недугом иди духовной травмой — за то, чем наградили его Боги.









@темы: прошлое, проза, личности, литература, культура, книги, история

10:10 

О Летнем саде, прогулках, смотринах и сватовстве

Оригинал взят у tvsher в О Летнем саде, прогулках, смотринах и сватовстве
Приветствую моих друзей, читателей и просто мимопроходящих! Сегодня первый рабочий день и получается, что сегодня тяжёлый вторник.) Народ обсуждает как прошли выходные, где кто был, сколько съели шашлыков, а также огородные дела.. Так что сегодня сильно грузить не буду, а расскажу о славной традиции, что когда-то существовала в столице Российской Империи Санкт-Петербурге. (Не исключено, что в других городах и городках тоже было что-то подобное.) А для этого я вас приглашаю на прогулку в Летний сад.

67874576478566776776.jpg

В царской России инициатива в заключении брака исходила от жениха и его семьи, отец жениха мог обратиться к отцу невесты напрямую. Но чаще для этого приглашали сваху. Обычно для первых смотрин выбирали гулянье на Духов день в Летнем саду: жених и невеста могли оценить друг друга, посмотрев издалека и не давая друг другу опрометчивых обещаний. Вот как описывает свои смотрины Ульяна Полилова, героиня повести Полилова «Диван»:
«„Он“, так сильно мною любимый Петр Семенович, — он зачастил к Гусевым, днюет там, и за Машенькой, средней дочерью, ухаживает. Каков изменник! Я не поверила бы, если бы услыхала это от кого-нибудь другого, но сестрицам верю, они не солгут.

Кончено! Я завтра иду с маменькой в Летний сад и буду смотреть жениха, которого мне сватает Захарьевна!

Проплакала весь день, но своего решения не изменила.

С трудом поднялась с постели, посмотрела на себя в зеркало. Какая я бледная, глаза вспухли, красные…

Все утро умывалась огуречным рассолом, немного попудрилась; лицо посвежело.

Маменька была до крайности изумлена моим неожиданным решением.

„Позвольте мне, маменька, надеть желтое с прошивками платье“, — спросила я ее.

„Охотно, Юленька, — засуетилась моя старушка, — оно к тебе значительно идет“.

Я это знаю отлично и сама.

Папенька не обманул: вместо испорченной шкипером шляпки купил мне другую, очень красивую, соломенную, кибиточкой, желтым канусом подбитую, а сверху бледная чайная роза приколота. Когда оделась, я снова посмотрела на себя в зеркало и понравилась сама себе.

Черные мои волосы небрежными кудрями выбивались из-под шляпки, лицо хотя было и бледно, но эта бледность делала меня еще интереснее. Платье сидело отлично, а ажурная шаль, бледно-розового цвета, согласовалась с платьем.

Маменька тоже осталась довольна мною и сама помогла завязать мои башмаки.

О, если бы он, злодей, увидел меня сегодня, я уверена, что позабыл бы Машеньку Гусеву, да и других всех.

Когда мы приехали на линейке с маменькой к Летнему саду, у решетки и на набережной стояло очень много народу.

Я скромно опустила глаза и прошла через ворота, где больше всего толпилось мужчин. Медленною лентою двигались вдоль главной аллеи молодые барышни с матерями.

56822656565686677.jpg

Вдоль всей аллеи, по обеим ее сторонам, плотными рядами стояли женихи со свахами.

Кого тут не было! И военных, и партикулярных, молодых и старых.

В то время как мы, невесты, подвигались одна за одной по аллее, стоящие по сторонам ее мужчины осматривали нас с ног до головы, громко толковали между собою и даже называли нередко ту или другую девицу по имени.

Хотя я опустила глаза книзу, но все-таки исподтишка смотрела на женихов.

Не доходя до конца аллеи, маменька меня дернула за платье и глазами указала направо. В первом ряду я заметила Захарьевну и рядом с нею небольшого роста тучного мужчину лет тридцати.

Белесоватый цвет его волос, а равно и все его лицо с такого же цвета еле заметными усиками и бровями, мне не понравилось.

Он уставился пристально на меня, по указанию свахи, но я прошла мимо, как будто не замечая его.

Пройдя несколько шагов дальше, я взглянула опять направо и обомлела… Передо мною стоял молодой красавец офицер. Наши взгляды встретились; я сразу почувствовала особое к нему влечение и совсем позабыла, что обращаю на себя общее внимание, обернула голову и не спускала глаз с офицера.

Мы еще раз прошли по аллее. Поразивший меня брюнет военный все еще находился на том же месте. Он снова пристально глянул на меня, улыбнулся и сделал мне под козырек.

Я еле помню, что было дальше со мною. Дойдя до Невы, я не пошла обратно, хотя маменька желала еще раз пройтись по аллее. Мы добрались до нашей линейки и сейчас же отправились домой.

Не успели мы немного отъехать, как сзади нашего экипажа раздался лошадиный топот. Точно по чьему-то таинственному приказу, я обернулась и… увидела снова поразившего меня военного кавалера…»


756756756776885677665566.jpg

Но если смотрины проходили более успешно и не возникало разногласий относительно приданого, назначалась следующая встреча, на этот раз в доме невесты... Но это уже другая история.

Вот так наши предки совмещали приятное с полезным.)








@темы: история, Россия, традиции, прошлое, проза, общество, литература, книги

18:19 

Из прочитанного... «Хроника сердца» Георгия Буркова. 1950-1960 годы

Оригинал взят у tvsher в Из прочитанного... «Хроника сердца» Георгия Буркова. 1950-1960 годы
Начала читать «Хронику сердца» Георгия Буркова (1933-1990).

469.jpg

В основу книги легли мемуары актёра. Прочитала четверть и вернулась в начало, чтобы начать конспектировать... Бурков рассуждает о театре, кино, об искусстве в целом и не только об искусстве.

Я бы рекомендовала прочитать эту книгу в первую очередь тем молодым людям, что с открытым ртом слушают сказки о том, какая "хорошая", "беззаботная" и "счастливая" жизнь была тогда в Советском Союзе. А также рекомендую почитать тем, кто ностальгирует вовсе не по своей молодости, а именно по той совковой жизни. Это писал ваш современник!


1953
Когда человек ругает что-нибудь, осуждает или просто констатирует, то делает это с определенной целью. Или он критикует с позиций противоположности. Или он, доказывая, к примеру, что окружающая нас жизнь несправедлива и пошла, хочет этим завоевать себе моральное право на такую же пошлую и несправедливую жизнь. «Все звери — и я буду зверем». А просто так критиковать, объективно, никто не будет жизнь. Обязательно с целью, иногда с умело завуалированной и непонятной для собеседника, но для себя всегда точной и понятной.

Когда тебе бессовестно говорят неправду, в тебе все возмущается. Задето сердце. Когда же тебе говорят правду, страдает самолюбие. Оно точит тебя, и ты задыхаешься в бессильной злобе. В первом случае в драку лезут люди без разбора. Во втором — прикинув, кто сильнее. От неправильных занятий, от неправильной направленности занятий одаренные люди проходят мимо цели или идут к ней окружным путем, растеряв по дороге много времени и сил. Некоторые люди изучают науки, не понимая, для чего это они делают. Им нужны знания для того, чтобы сдать экзамен, получать стипендию, а потом получить диплом для того, чтобы послали на работу.

Если у человека нет большого кругозора и народного передового мировоззрения, каждая мелочь ему кажется значительным событием в жизни, главное же пропускается мимо, как второстепенное. Одним словом, этот человек не сможет понять, где в жизни главное и где второстепенное, и, следовательно, не сможет правильно распределить свои силы, будет жить вхолостую.

Когда видишь несправедливости, когда веришь во что-то, когда в жизни что-то любишь и ненавидишь, тогда можно писать. Но писать не для того, чтобы величаться писателем, а для того, чтобы защитить то, что страстно любишь, от того, что всей душой ненавидишь.
Когда у человека нет большой мечты, настоящей, он не стремится ни к чему, живет сегодняшним днем, его засасывает болото мещанства и обывательщины. Он начинает чувствовать, что ему мешает что-то, чего-то ему недостает, порой он начинает понимать, что из него получился бы неплохой художник, врач, музыкант, начинает винить кого-то в гибели своего таланта и т.д. И никогда не понять ему истинной причины своего падения.

Он жил для себя, а не для людей.

Чтоб найти большую цель в жизни, нужно пробить скорлупу эгоизма, взглянуть на жизнь глазами трезвого и умного историка, понять, для чего живут, жили и будут жить люди.

Человек должен жить завтрашним днем. Без мечты нет смысла жизни. Мечта о завтра начинается сегодня. Она отталкивается от сегодня.
Красота — это простота, доведенная до совершенства.

1955
С нашим временем что-то происходит. Но что? Эта практическая, безромантичная, циничная и с тягой к анархизму молодежь, мещане, обыватели. Наконец, эти стиляги, служащие как бы фасадным украшением гнилого здания мещанства.

Я еще мало видел людей, которые бескорыстно, с любовью к делу занимались чем-нибудь, стремились к цели, к большой цели с государственным пониманием дела. Конечно, таких людей и раньше не густо было. Их число увеличивается с небольшими колебаниями. У нас много пишут, говорят о том, как наши люди героически строят коммунизм. Я не хочу возражать против этого. Правильно, наши люди строят коммунизм. Но большинство не понимает этого. Если спросить рабочего, что он строит, он может ответить, что строит коммунизм, работает для будущего и прочее. Это он знает. Но не понимает, не понимает всем существом своим.

1956
О приукрашивании жизни. Если прислушаться к рассказам людей о своей жизни, то редко услышишь правду, вернее, ее не услышишь совсем. Я не говорю даже о том, что человек многое не понимает совсем, не может осмыслить в силу своего незнания или еще чего-либо, а многое истолковывает — понимает, стало быть, — не так, как есть на самом деле. Но человек не может говорить правду, потому что ему кажется, что его жизнь станет неинтересной, неприглядной, если говорить о ней правду. В людях живет какое-то стремление украсить свою жизнь, жить красивее, но так как она — жизнь — идет «некрасиво», то люди украшают ее вымыслом. Это распространилось и на литературу. И бороться с этой привычкой людей трудно, даже невозможно. И если написать сейчас правдивую книгу о жизни людей, то твои книги сожгут (или не издадут вообще), а самого посадят в психлечебницу.

Люди стремятся к тому, к чему никогда не придут. Это очень печально, но это так. Народы всего мира и всех времен стремились к всеобщему благополучию. Им кажется, если устранить те препятствия, которые мешают осуществлению этого плана в настоящем, то можно добиться осуществления этого плана. Но совсем не учитываются препятствия, которые обязательно встретятся на пути к общему благополучию. И нельзя предвидеть эти препятствия и учесть их. А они, препятствия и рогатки, всегда будут.

1957
О дружбе. Вдруг почувствовал, что я не умею быть другом. Если видишь, что у твоего друга есть недостатки, борись против них, но так, чтобы не обидеть его. Не ищи себе идеального друга, но старайся сам быть идеальным другом. Воспитывай себя в дружбе. Дружба, как и человек, чем взрослее, тем умнее, сознательнее и крепче. Гони все мелкое, грязное из своей души. Будь доверчив к другу, если даже он и обманывал тебя раньше. Воспитывай друга доверием.

И опять я в тупике. Я выбрал самый трудный и самый правильный путь. Но на пути много тупиков, они так незаметны, что стоит отвлечься, замечтаться, и — готово — попал в тупик. Я, кажется, не избежал ни одного тупика на своем пути, и все они разные! Сейчас у меня чувство, будто я собирал, собирал свои знания по крупинке и только сейчас заметил, что кладу эти крупинки в худой кошель. Все надо начинать сначала!

1958
Жизнь представляется мне в такой аллегории. Жизнь — это широкая, ухабистая, бесконечная дорога. И вот по этой дороге идут люди. Одни чуть впереди, другие чуть поотстали. Куда идут люди? Спроси. И каждый ответит по-своему, непохоже на других. Один спешит нарвать букет цветов, растущих у дороги, стараясь не пропустить ни одного красивого. Другой знает, что через 10-20 км будет красивый дом, он останется в нем и не пойдет дальше. Хватит. Свое отходил. Пускай другие идут, а я отдохну. Третий сел на шею четвертому, свесил ноги и развлекается, смотря на остальных. Пятый идет-идет, так и умирает в дороге, на ходу.

1959
О творчестве в житейском поведении людей. Бывает, человек равнодушен к кому-то или чему-то и разговор его пуст. Но бывает, что люди от рождения до смерти живут как принято, поступают и говорят как принято. Это страшно.

1963
Господи! Министерство культуры! И еще целый ряд организаций! Когда вы нас избавите от невежества, от дилетантства облаченных властью?! Когда вы нас освободите от самодовольного консерватизма и молодящегося рутинерства? Когда можно будет заниматься искусством, не растрачивая свои лучшие силы на попытки обойти гору, на которой написано: «Так было и так должно остаться»?!

1965
Нехорошие предчувствия. Запрещают пьесы у Эфроса, у Любимова. Наступает время жесткой политики в искусстве. Постепенно сжимается вокруг нас кольцо запретов, ограничений и цензуры. Что же приближается? 37-й год? Или другое?
Тускнеют идеалы, слабеет вера в справедливость. Расчет, цинизм, делячество, приспособленчество — вот что процветает! Люди не мудрствуют лукаво. Живут для себя. Эгоизм становится нормой. «Материальная заинтересованность». Но меня уже не это интересует. Остались ли чудаки? Дон Кихоты?

Философия обывателя гибка и мудра. В ней всего в меру. Не надсадишься. Примеров можно привести массу. Не к чему. Жить так не только можно, а и нужно так! Разумеется, при одном условии, если ты хочешь выжить, если нет у тебя желания умереть раньше времени, например, от инфаркта.


И даю ссылку на книгу, может кто и захочет прочитать её целиком: http://www.belousenko.com/books/art/burkov_hronika.htm










@темы: культура, книги, литература, личности, общество, проза, прошлое

18:46 

Из "Книги воспоминаний" Великого князя Александра Михайловича

Оригинал взят у tvsher в Из "Книги воспоминаний" Великого князя Александра Михайловича
...Старший сын Наследника Цесаревича Александра Александровича он взошел на престол в 1894 году и был последним представителем династии Романовых.

Я часто не соглашался с его политикой, и хотел бы, чтобы он проявлял больше осмотрительности в выбор высших должностных лиц и больше твердости в проведении своих замыслов в жизнь. Но все это касалось «Императора Николая II» и совершенно не затрагивало моих отношений с «кузеном Никки».

Николай II

Как и его отец, Император Александр III, Император Николай II не был предназначен для царствования. Стройная линия преемственности от отца к старшему сыну была нарушена преждевременной кончиной старшего сына Императора, Александра II, Цесаревича Николая, и таким образом Великий Князь Александр Александрович сделался Наследником, затем Императором Александром III, а его сын Николай Александрович - Наследником Цесаревичем.

Будущий Император Николай II рос в напряженной атмосфере вечных разговоров о заговорах и неудавшихся покушениях на жизнь ею деда Императора Александра II. Пятнадцати лет он присутствовал при его мученической кончине, что оставило неизгладимый след в его душе.


Николай II был мальчиком общительным и веселым. Детство его протекало в скромном Гатчинском дворце в семейной обстановке, среди природы, которую он очень любил. Его воспитатели были сухой, замкнутый генерал, швейцарец-гувернер и молодой англичанин, более всего любивший жизнь на лоне природы. Ни один из них не имел представления об обязанностях, которые ожидали будущего Императора Всероссийского. Они учили его тому, что знали сами, но этого оказалось недостаточным.

Накануне окончания образования, перед выходом в Лейб-Гусарский полк, будущий Император Николай II мог ввести в заблуждение любого оксфордского профессора, который принял бы его, по знанию английского языка, за настоящего англичанина, Точно также знал Николай Александрович французский и немецкий языки.

Остальные его познания сводились к разрозненным сведениям по разным отраслям, но без всякой возможности их применять в практической жизни. Воспитатель генерал внушил, что чудодейственная сила таинства миропомазания во время Св. Коронования способна была даровать будущему Российскому Самодержцу все необходимые познания.

В Николае II рано начала развиваться большая любовь к военной службе. Эта служба, как нельзя лучше, отвечала, складу его характера. Он был командиром эскадрона Лейб-Гусарского полка. Два года прослужил он офицером в Гвардейской Конно-Артиллерийской бригаде. Ко всем своим обязанностям относился серьезно и добросовестно. Смерть отца застала его командиром батальона Л. Гв. Преображенского полка в чине полковника, и всю свою жизнь он остался в этом сравнительно скромном чине. Это напоминало ему его беззаботную молодость, и он никогда не выражал желания произвести себя в чин генерала. Он считал недопустимым пользоваться прерогативами своей власти для повышения себя в чинах.

Его скромность создала ему большую популярность в среде офицеров-однополчан. Он любил принимать участие в их вечерах, но разговоры офицерских собраний не могли расширить его умственного кругозора. Общество здоровых, молодых людей, постоянной темой разговоров которых были лошади, балерины и примадонны французского театра, могло быть очень приятно для полковника Романова, но будущий Российский монарх в этой атмосфере мог приобрести весьма мало полезного.

В семейной обстановке он помогал отцу строить дома из снега, рубить лес и сажать деревья, так как доктора предписали Александру III побольше движения. Разговоры велись или на тему о проказах его младшего брата Михаила, или же о моих успехах в ухаживании за его сестрой Ксенией. Все темы о политике были исключены. Поэтому не было случая увеличить запас знаний. В Царской Семье существовало молчаливое соглашение насчет того, что царственные заботы Царя не должны были нарушать мирного течения его домашнего быта. Самодержец нуждался в покое. Монарх, который сумел обуздать темперамент Вильгельма II, не мог удержаться от смеха, слушая бойкие ответы своих младших детей.

Ему доставляло большое удовольствие, что называется, окатить ушатом холодной воды юного Михаила Александровича, но Великий Князь не оставался в долгу и уже за обедом готовил отцу новый сюрприз.

Через год летом Царская Семья ездила, в Копенгаген для встречи с нашей английской, датской и греческой родней. Все нежно обнимали друг друга и вздыхали о прошедшем со дня последнего свидания времени. Тетя Александра - будущая королева Англии - рассказывала о женитьбе своего сына Георга. Тетя Ольга - бывшая королева греческая, с сокрушением вздыхала: ей казалось, что еще вчера носила она Георга на руках.

В 1890 г., за четыре года до своего восшествия на престол, Наследник Цесаревич предпринял с образовательными целями кругосветное плавание. Я встретился с ним на Коломбо. Известие о его приезде застало меня в джунглях, где я охотился за слонами. Должно быть моя трехнедельная борода, мои рассказы о приключениях и трофеи, разбросанные на палубе «Тамары», произвели на Никки большое впечатление, и я показался ему прямо дикарем. Тишина, тропической ночи, изредка нарушаемая криками испуганных обезьян, располагала нас к задушевной беседе. Николай Александрович завидовал моему восхитительному времяпровождению. Он не находил никакого удовольствия путешествовать на борту военного крейсера, шедшего под брейд-вымпелом Наследника Цесаревича.

- Моя поездка бессмысленна, - с горечью сказал он: - дворцы и генералы одинаковы во всем мире, а это единственное, что мне показывают. Я с одинаковым успехом мог бы остаться дома.

На следующий день мы расстались: я вернулся к прерванной охоте, а Николай Александрович продолжал свой путь в Японию. На вокзале в местечке «Отцу» какой-то изувер ударил его саблей по голове, и если бы принц Георг Греческий не ослабил силу удара, Наследник Цесаревич поплатился бы жизнью. На обратном пути Наследник Цесаревич проехал по Сибири, вдоль будущего Сибирского железнодорожного пути...













@темы: проза, личности, книги, история, прошлое

17:50 

Кто это был, а?

Оригинал взят у rainhard_15 в Кто это был, а?

Ну, может, сознается доброжелатель, что ли - я правда хочу знать, кто это. В общем, осенью я писал про свой заезд на Прозу Ру.
Райнхард фон Лоэнграмм на сервере Проза.ру

Вот здесь http://rainhard-15.livejournal.com/89954.html
Там же я обосновал, почему не буду становиться писателем года. Но вчера мне пришло письмо от администрации, что меня номинируют на него уже в этом году. А я ничего вообще им не посылал.
Объяснение одно - кому-то так понравился какой-то текст, что он нажал кнопочки и отправил. Но почему он мне-то ничего не сказал, мне ж интересно, какой текст...








@темы: проза, жизнь

10:42 

Скамья Желаний...

Оригинал взят у tvsher в Скамья Желаний...
Давно я вам в ленту не выкладывала сказок. А тут меня rajskij_sad заразила скамейками. И вот нашла я у себя фото, если правильно помню, 2011 года скамьи из Великого Новгорода, аж из самого Кремля тамошнего.

питер 124.JPG


Знаю, что у Фаи есть в коллекции такая скамья, но уж больно к ней сказка моей майловской подруги подходит. А поскольку просто фото постить я не люблю, то читаем сказку, что под катом.



У нас в городе есть Скамья «Желаний! У вас есть такая, волшебная скамья?
Эта стоит на одной из всем известных улиц города, рядом с двумя другими, обычными.
Конечно, соседки общаются меж собой, когда остаются одни, немного завидуют своей подруге, которая на вид не очень от них отличается, просто им имен никто не дал, а она с именем, особенная, ведь каждый прохожий старается присесть на нее хоть на мгновение. А некоторые стараются возвратиться на это место еще и еще.
- Может быть, у них очень много желаний,- как-то задумчиво сказала одна из скамеек.
- Я думаю, что нет, - ответила ей Скамья Желаний, - скорее… они - очень нужные, сокровенные, ведь я слышу то волнение, которое идет от тех, которые сюда возвращаются специально, я чувствую это…
- Ну, не знаю, - неопределенно хмыкнула соседка с другой стороны.
Как-то в очередной раз к Скамье Желаний подошла женщина, которую они здесь уже видели.
- Посмотрите, подруги, - тихонечко прошептала одна из скамеек, - у нее всегда такая особая улыбка, когда она к нам подходит.
- Наверное, в ее улыбке – надежда, - предположила другая.
- Да, да – поддержали ее подруги.
- Жаль, что мы не видим лиц, когда они сидят, сказала Скамья Желаний, - а мне бы так хотелось увидеть их лица, их глаза!
- О, на ее лице такое особое выражение и какой-то особый блеск в ее глазах, - сказала скамейка справа.
- Да, ты права, подруга, будто сияние какое-то от всех их лиц, когда они сидят именно на этой скамейке, у тех, кто сидит на других скамейках редко бывают такие лица и такой взгляд, - сказала скамейка слева.
Так они перешептывались тихонечко, но так тихо, что их никто не слышал.
Успела женщина отойти совсем недалеко, как к Скамье Желаний подошел мужчина.
- Смотрите, подруги, опять Он, почему-то они часто оказываются здесь, но всегда в разное время…
- Да, то Он вперед, то Она, - сказала соседка слева.
- Когда-нибудь они встретятся, - задумчиво сказала Скамья Желаний, - я чувствую это.
- Ну, ты и волшебница, - воскликнули соседки в один голос.
Скамья Желаний оказалась права. В последнюю неделю года, в один из зимних вечеров, когда снежинки танцевали под фонарем, что освещал скамейки ночами, подруги увидели, что Он и Она приближаются к ним с двух сторон.
Судя по всему, каждый из них хотел присесть, как обычно, на Скамью Желаний и не видел никого вокруг. Да никого и не было в это позднее вечернее время. Поравнялись они почти одновременно и шагнули к Скамье Желаний неожиданно друг от друга, а, увидев это, остановись.
Они смотрели друг на друга, глаза встретились и отвести их от глаз друго стало невозможным..
- Он, - подумала Она, - именно такой...
- Она, - я искал ее всю жизнь, - подумал Он.
Молчание затянулось, и они одновременно рассмеялись, поняв двусмысленность ситуации.
- Она может уйти навсегда, - подумал Он, и решительно взял ее за руку, потянув не к скамье, а в сторону.
Она была, будто зачарованная… неожиданно для себя пошла следом, не освобождая своей руки из его руки.
- Куда Он меня ведет, - подумала Она, в смятении, но как я рада, что Он решил все за нас… ведь мы еще и слова друг другу не сказали, но я готова идти за ним на край света.
- Моя судьба, моя половинка, - думал Он, ведя ее еще сам не зная куда.
- Ах, - с восторгом вздыхали скамейки, глядя им вслед так, как смотрят на чудо.
А разве же это не чудо то, что случилось только что перед ними, как в немом кино.
Он и Она удалялись под светом фонарей, а снежинки по-прежнему танцевали вальс, который будто бы звучал в воздухе этого зимнего вечера то ли звуками скрипки, то ли звоном ангельских колокольчиков…

© Copyright: Лидия Калашникова, 2014.












@темы: лирика, люди, проза, рассказ

07:25 

Легенда о героях Галактики. Противостояние на Вермиллионе . Послевкусие...

Оригинал взят у tvsher в Легенда о героях Галактики. Противостояние на Вермиллионе . Послевкусие...
Вот такие ощущения у меня остались после просмотра 52 и 53 серий...

76026836.jpg

Ян был благодарен Фредерике, что она выпроводила Юлиана и Шенкопфа, дав возможность побыть ему одному. Получив приказ о прекращении огня, Ян в какой-то степени ощутил облегчение. Тот азарт, который возник у адмирала в самом начале сражения, незаметно для него самого угас. И до сего времени он действовал скорее по инерции, чем по велению долга. Ян был удивлён, что увидев "Брунгильду" не испытал ничего: ни радости, ни ненависти. Где-то внутри свербило сомнение, а правильно ли он поступает. Вот что ему мешало сделать ещё один выстрел, который решил бы всё? Его бы поддержали подчинённые, прикрыли бы, но! Ян понимал, что этот выстрел не даст абсолютно ничего, т.к.Трюнихтом была уже подписана капитуляция. Кроме того, Яну было глубоко наплевать, кто займёт место Райнхарда, т.к.увидев флагманский корабль противника, он вдруг понял, что с гибелью Лоэнграмма исчезнет сам смысл его дальнейших действий. Может поэтому в тайне от властей и был отправлен секретный отряд во главе с Меркатцом партизанить на просторах Вселенной...

Ян вздохнул, открыл глаза и улыбнулся. Сейчас он может уйти со службы, тем более, что надоело ему мотаться по бескрайним холодным просторам... А потом... что будет, то и будет...




Райнхард глубоко вздохнул. Прошло минут пять, как ушёл Оберштайн. Интересно, что сейчас делает Пауль, отдыхает? Вряд ли... Райнхард усмехнулся, трудно представить этого человека в халате, сидящего в кресле с книгой...

Адмирал вернулся к своим мыслям. И так, у него из под носа увели победу и в тоже время преподнесли подарок. Как легко Трюнихт подписал капитуляцию, даже не пытался выставить свои встречные условия, как руководитель государства, его всего лишь волновала собственная персона, не более. Когда Оберштайн зачитал доклад о взятии столицы противника под контроль имперских войск, Райнхард был в гневе:
- Отобрать у него победу. Кто посмел? Так, эта парочка - Миттельмайер и Ройеталь... Да, в последнее время замечал во взгляде Оскара какие-то искорки...Что? В этом участвовала и Хильда? Эта фройлян упряма, но надо признать, что голова у неё светлая и иногда она видит дальше, чем некоторые его офицеры...

Райнхард улыбнулся, налил себе чаю и... рука с чашкой замерла... Нет! Райнхард не мог поверить. Хильда, верная Хильда, не сказав о своих планах ему, да вообще никому, помчалась к Вольфу... если только... Райнхард выдохнул, какой же он дурак. Возможно эта девочка преподнесла самый драгоценный в его жизни подарок - саму жизнь...

Смотрю дальше.










@темы: logh, Легенда о героях Галактики, ЛоГГ, Райнхард, проза, рассказ

10:18 

Как оно всё есть на самом деле - 2...

Оригинал взят у tvsher в Как оно всё есть на самом деле - 2...
Раз захотелось вам продолжения, получайте. Начало этой истории здесь
. Персонального тега пока нет, не могу определиться с названием...

Кот и Домовой

Кот приоткрыл глаз. За столом всё ещё сидели, но сидели тихо, склонившись над картой леса.

- Маршрут прокладывают. - Раздался скрипучий голос. Василий не испугался, он просто не мог понять, как домовой подкрадывался всегда так тихо, что его не чуял ни один зверь. Звали домового Егор Кузьмич, или просто Кузьмич. Сколько лет Кузьмичу кот точно не знал, но предполагал, что тот ещё нянчил саму Бабу Ягу, уж больно почтительно та относилась к старичку. Да и домовой обладал вполне добродушный характером, хозяйственным был. Яга всегда, когда надо было отлучиться, оставляла хозяйство на Кузьмича и не волновалась. Кота Кузьмич тоже не обижал и всегда подкладывал что-нибудь вкусненького, а когда тот был котёнком, то пел даже колыбельные.

- В этот раз поинтересней будет. - Продолжал Кузьмич. - Леший уговорил их на Чёртово болото. Вот веселуха будет, особенно с городскими, когда тех заведут к Кикиморам. А Кикиморы небось уже и наряды шьют, готовятся. Не иначе Лешему чё то наобещали...

Надо сказать, что Кузьмич хоть и не одобрял проделки Лешего с котом, но всегда был в курсе их дел и никогда не закладывал друзей, а если надо было, то мог их и прикрыть. Правда каждый раз ворчал, что это он делает в последний раз, но позже с удовольствием слушал их рассказы, а иногда помогал советом, как лучше провернуть ту или иную проделку.

-А между прочим, Кащей прилетел на попутном ветре, а не на Горыныче... - Продолжал Кузьмич сообщать новости Василию.

- Так может его услали за подарками к Деду Морозу? Он же каждый год за ними летает. - Предположил кот.

-Ага, каждый год, на близлежащую почту. А это часа полтора. Да и вместе с Кащеем, Горынычу же никто без паспорта посылку не выдаст. - Задумчиво проговорил домовой. - А тут смотри, Кащей с Лешим у нас уже часа два как сидят... Значит послали Змея далеко...

Не успел Кузьмич договорить, как за окном что-то сверкнуло, словно молнии кто-то начал пускать и раздался грохот.

- Лёгог на помине. Сто лет жить ещё будет. - Хмыкнул Кузьмич. - Пойду проверю, чтоб конюшню с сараем нам не спалил, помогу там, если потребуется.

Кот потянулся и спрыгнул с печи следом за Кузьмичём, ему тоже было интересно, что привёз Горыныч на этот раз. Тем более, что Яга с гостями тоже пошли встречать Змея. Тот стоял в центре поляны, гордый тем, как точно он приземлился в этот раз, не сломав ни одной верхушки. Около него стояли несколько больших мешков, набитых до отказа. Кощей с Лешим принесли Змею воды, почесали ему за ушком, при этом тот мурлыкал, как котёнок, и начали перетаскивать мешки в сарай. А Кузьмич вместе с Конюшником уже открывали двери, чтобы Горыныч мог в тепле спокойно отдохнуть.

Яга тем временем в город послала ворону с сообщением для своего крестника Ивана. Хоть был у Яги сотовый телефон, но по каким-то необъяснимым причинам мобильная связь на её поляне не работала, а по блюдечку с яблочком разговаривать тоже не хотелось. Яга не могла допустить чтобы маленькому Ванятке, кстати тоже её крестнику, был сорван сюрприз. Пусть пока думает о ней примерно вот так:




Кстати, такие слухи Баба Яга сама о себе распространяет.

- Зачем? - Спросите вы.

- А затем. - Ответит Яга. - Чтоб не докучали любопытные...







@темы: позитив, проза, рассказ

17:44 

Без случая на Урваши. Явление 1

Оригинал взят у rainhard_15 в Без случая на Урваши. Явление 1

Нож пришлось отложить. Пышная грива Императора, выросшая почти до пояса, почти вся оказалась придавлена спиной – со скованными руками, конечно, её было невозможно откинуть на подушку. Да и вытащить её пришлось бы теперь вовсе уже нелегко, и Ройенталь отказался от этой мысли сразу, едва лицо Райнхарда оказалось у него в ладонях. На висках пленника пульсировали невидные со стороны жилки, а сами они показались раскалёнными – вот оно что, у парня сильнейший жар, возможно, он либо тяжело бредит, либо вообще не слышит обращённых к себе слов. Перед глазами мгновенно всплыло приключение в Изерлонском коридоре, когда войска Яна Вэньли наконец были разбиты– просто об этом некому было рассказать победителю, упавшему без сознания с голодухи и от высокой температуры… Можно ли было подумать тогда, что случится то, что произошло сейчас? Ройенталь ощутил подавляющую волну ужаса, захлестнувшую его с головой, ещё страшнее, чем в детстве от роковой фразы отца. Что он наделал, получается? А если Император вообще не придёт в сознание ещё несколько суток, даже в больнице? Там, в космосе, его ангелом была фройляйн, это видели все невооружённым глазом, да и тот факт, что очнулся Райнхард после её визита, был более чем красноречив. Но тогда Император жить хотел, а сейчас, после плена – не хочет даже открывать глаза…

Перепуганный насмерть губернатор Новых земель отвернулся к двери камеры, чтоб позвать на помощь, но, вспомнив, что услал сопровождающего, поник головой. Крик раненого зверя застрял в горле да так там и остался, не нарушив тишину. В ушах раздались тогдашние реплики, когда Ройенталь был готов остаться умереть рядом с Райнхардом…

- Победа или смерть, мой Император? – с азартом амбициозного воителя.
- Ах, нет же, победа или окончательная победа, - чуть уставшим голосом, вежливо поправляя друга.

Впереди, по линии взгляда, снова обозначилась тьма, грозя заслонить собой всё. Ройенталь инстинктивно повернулся снова к пленнику, со стыдом признаваясь себе, что жаждет света, того, что видел только что. Но светлое сияние, похоже, перестало существовать. Страшась понимания того, что это могло означать, когда-то абсолютно бесстрашный адмирал в полном смятении почти прошептал:
- Мой Кайзер? – и осёкся, не представляя, как ему жить дальше, если ответа не последует.

На его счастье, ресницы Райнхарда заметно дрогнули – и уже сжавший горло железный ошейник панического страха снова растворился в небытии, откуда и взялся за прошедшие секунды прочно. Он слышит! – ликовал про себя Ройенталь – возможно, ещё не всё потеряно… Губы императора слегка шевельнулись.
- Оскар, подмоги, у тебя фляжка всегда была, - это был тот же голос, как и тогда, только намного слабее и тише…

- Да, конечно, - растерянно пробормотал Ройенталь, торопясь выполнить просьбу.

По всей видимости, император умирает от жажды, а мне это и в голову не пришло, - с горечью подумал он, наблюдая, как аккуратно, но быстро фляжка опустела. О том, что только что хотел срезать волосы пленника, он уже забыл. Нужно было осторожно уложить эту драгоценную голову опять на подушку и заняться наручниками – нож оказался как нельзя кстати… Но когда металлические шипы взялись неохотно покидать плоть, отданную им на растерзание, Райнхард не смог сдержать сдавленного стона. Ройенталя бросило в жаркий пот от ужаса. Он взялся говорить что-то вежливое, уверять, что всё поправит и всё наладится, болтал что-то ещё вне себя от ужаса и собственной неуклюжести, не замечая, что в уголке каждого из его разноцветных глаз успешно поселилось по крупной слезе и мечтая лишь о том, чтоб не умереть от взгляда глаз, которые ещё не были открыты.

- Я тебя понял, - едва слышно произнёс Райнхард с тяжёлым вздохом. – Просто мне сейчас очень плохо. Выручай.

- Да, мой Кайзер, - со всем чувством, на которое был способен в Изерлонском коридоре, прорычал Ройенталь, быстро и осторожно поднимая на руки ослабевшее тело. – Не сомневайтесь, я всё сделаю.

Золотая волна волос вспыхнула на мгновение, когда Райнхард, не открывая глаз, прижался щекой к мундиру того, кто сейчас хотел помочь ему больше, чем жить для себя. На посту охранника Ройенталь холодно бросил обомлевшему Бергенгрюну:

- Мой транспорт, - и тот помчался исполнять, сам не свой от надежды на лучшее.

Уже на выходе из тюрьмы Ройенталь вдруг услышал очень тихое, вежливое, но настойчивое указание:

- Не бегай, как преступник, иди ровно. Выходи через главный вход, через ворота. Упреждай все вопросы фразой: «Это сделали люди консула».

Он не удивился, лишь услышал, как сладко забилось перепуганное насмерть собственное сердце – похоже, так хорошо оно себя никогда вообще чувствовало… Кровь, уже пропитавшую рукава мундира Императора, он увидел только в салоне авто. Вскрикнув от ужаса, он взялся сам за перевязку ран.

- Куда мы едем? – спокойно поинтересовался Райнхард, чуть морщась от его манипуляций.

- В больницу, конечно, - оторопело ответил Ройенталь, холодея.

- Некогда, - ровным деловым тоном бросил Император. – Гони в свой кабинет и распорядись, чтоб туда же после нас доставили Трунихта. Ну, и есть я хочу, прямо сейчас и много.




@темы: традиции, рассказ, проза, литература, императива, аристократизм, Легенда о героях Галактики, ЛоГГ, Райнхард

09:23 

Как оно всё есть на самом деле...

Оригинал взят у tvsher в Как оно всё есть на самом деле...
Видимо магия Рождества начала уже действовать, раз у меня вот такой рассказ написался.))

Чёрный кот

Кот дремал на печи, при этом не переставая наблюдать за своей хозяйкой. Сколько лет они вместе живут, кот и не помнил. Также он не помнил свою мать, в памяти осталось только ощущение чего-то мягкого и тёплого, пахнущего молоком, а потом... потом были холодные жёсткие чьи-то руки...

Баба Яга нашла его в овраге, беспомощно мяукающего, его братья и сёстры рядом уже не подавали признаков жизни. Яга принесла маленький комочек в свою избушку на лесной поляне, отогрела, откормила и назвала Василием. Сейчас никто бы не узнал в этом большом вальяжном коте тот жалкий грязный комочек.

Кот любил свою хозяйку и очень огорчался, когда огорчалась она и радовался вместе с ней. Сейчас Яга хлопотала у печи, пекла пироги. Вася фыркнул, народ ужасно глупый, с какой лёгкостью верит, что бабка в печи запекает детей... Да она их скорей закормит. Он повёл носом и облизнулся. Пахло сметаной и молоком, мясной пирог уже отдыхал на столе, а в печи стояли расстегаи. Кот гордился, что рыбку из проруби выловил собственными лапами...

Дверь распахнулась, в избу вместе с холодным воздухом завалились Кощей с Лешим.

- Сейчас начнётся, - подумал кот. Каждый год в это время собиралась троица на совещание, тема которого не менялась уже много столетий: чем удивить детвору на Рождество. Правда раньше развлекали только жителей близлежащих деревень, а сейчас к ним едут и из города. Василий напряг память и вспомнил, что сейчас это всё называется заморским словом: интерактивные игры.

-Не в коня корм, - усмехнулся кот, наблюдая, как Кощей поедает пироги. Яга уже накрыла на стол и разлила чай. О! Чай у неё был особый. За этим чаем тоже чёрте откуда приезжают. Но Яга его не всем даёт, только тем, у кого сердце чистое и мысли добрые.

Кащея кот не то чтобы не любил. И не потому, что тот был злой. Вовсе нет! У Кащея было очень доброе сердце, он всегда пугал детишек так, что они его абсолютно не боялись, а визжали больше от удовольствия. Просто на коленях у Кащея было невозможно сидеть, одни кожа, да кости.

А вот Лешего кот обожал. Они дружили и всегда на пару хулиганили... И каждый раз, после очередной проделки, Яга обещала им обоим отодрать уши... Кот сладко потянулся, зевнул, закрыл хвостом глаза и сладко замурчал. Надо отоспаться, идут последние тихие спокойные дни перед Рождеством.











@темы: рассказ, проза, кошки, Рождество

sincerely-comm

главная